?

Log in

Продавец шпилек
 
[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends]

Below are the 50 most recent journal entries recorded in Продавец шпилек's LiveJournal:

[ << Previous 50 ]
Thursday, November 3rd, 2016
10:32 am
Про фильм Учителя:

"Как заявил председатель движения Николай Мишустин «Московскому комсомольцу», «постельные сцены с непонятной дивой, совершенно не имеющие исторических подтверждений» являются надругательством над «святым, канонизированным русской православной церковью»."

Совершенно непонятно, а что плохого в том, что постельные сцены не имеют исторического подтверждения?

И что плохого в надругательстве над православным святым???
Wednesday, October 26th, 2016
10:40 am
Мы, атеисты - истинные друзья Бога, а вы, верующие - его враги.

Бога ведь никто, кроме людей в галлюцинациях не видел, так? Потому что Он не хочет афишировать свое присутствие. Если бы хотел, уже показался бы. Он ведь всемогущий.

Так вот, раз Он не показывается, то не надо на каждом углу орать, что Он есть! Вы ведь таким образом нарушаете его режим конспирации.

Другое дело мы, атеисты, говорим всем, что Бога нет. Помогаем Богу прятаться.
Tuesday, October 25th, 2016
10:25 am
А за что интересно, Моторолу мочканули и кто?
Потому что версия с абхазами - для совсем уж идиотов.
Хотелось бы, чтобы СБУ. Но нет. У этих руки из жопы растут.
Про российские спецслужбы тоже как-то схожу не верится. Это что же такое надо натворить, чтобы тебя так.
Вон, писатель-фонтаст Игорь Иванович ваще упоротый реконструктор, а до сих пор живой и на свободе.
Thursday, August 11th, 2016
10:39 am
Я вот ничего не имею против гомофобов. У меня и друзья гомофобы есть. Но почему каждый раз, когда я захожу в интернет, я слышу о гомофобах? Что, других тем нет? А эти их отвратительные демонстрации со звериными лицами и безумными религиозными лозунгами. Гомофобы должны понять, что ненависть и злость - это не норма, это патология, это надо лечить. Надо запретить пропаганду гомофобии. Хотите быть гомофобами - будьте, вам никто не запрещает, но тихо, у себя дома за закрытыми дверями. Не разжигайте ненависть. Почему это должны читать наши дети? А если они после этого тоже станут гомофобами?
Tuesday, March 22nd, 2016
12:17 pm
Кому мешала Османская империя? Зачем развалили такую хорошую страну? Была бы себе и дальше такая страна с арабскими провинциями.

Из Константинополя бы туда посылали еду. Помогали бы разводить верблюдов. Турецкие строители построили бы арабам много-много мечетей до неба.

Верблюды опять же. Арабы были бы счастливы. Молились бы, устраивали скачки на верблюдах. Ели бы еду. Танцевали животом. Собирали колючки для верблюдов.

Так нет же. Снова англичане. Турков выпиздили. Арабские земли отжали. Дали им независимость. Объяснили что такое нефть и как нажимать на кнопку автомата.

Зачем, спрашивается англичане отобрали у арабов верблюдов? Без верблюда араб сам не свой. Неймется арабу без верблюда, хочется чего-то большего – девствениц в раю хочется.

Не понимает араб, что девственница где-то там в раю, а верблюд вот он тут живой, его можно прямо сейчас пощупать. Крепко нагадила англичанка.
Tuesday, March 15th, 2016
12:39 pm
Кентавры
Заказал такси, чтобы встретили в аэропорту поэтов из Нью-Йорка. Через десять минут перезвонили:
– А они смогут табличку по-русски прочитать?
– Какие фамилии ваш водитель должен написать?
– Игорь Сатановский и Леонид Дрознер.
– Как вы думаете, люди с такими именами и фамилиями смогут прочесть по-русски свои имена и фамилии?
* * *
– Ты ощущаешь что-то необычное, все же восемнадцать лет не был в России? – спросил я Сатановского.
– Да нет, все на месте.
– А вот например, тут вывески на русском.
На ней было написано: Gifts and Souvenirs.
* * *
Сатановский и Гальпер читали в “Билингве”. Под конец пришли Дрознер и Плуцер-Сарно, составитель словаря русских матов. Первый том был посвящен слову “хуй”, а второй – “пизде”. Оба были хороши, отчего Плуцер засыпал.
– У меня к вам претензии, – сказал Яцутко, – в первом томе вы дали неправильное определение хуя. Вы написали, что он конусообразный…
– Я не виноват, – виновато ответил Плуцер, – издатели забрали у меня черновик, – и снова уснул.
* * *
Дрознер спросил Дениса Яцутко:
– Вы Денис Яцутко?
– Да, – ответил Денис Яцутко.
– Значит, вы знакомы с Львом Васильевичем Пироговым?
– Почему-то все, кто хочет поспорить с Пироговым обращаются ко мне, как будто я его представитель, – возмутился Яцутко.
* * *
– Девушка, подойдите, пожалуйста к нашему столику, к нам полчаса никто не подходит.
– А вы кто?
– Я известный поэт!
– Я тоже поэтесса, а кто ваш любимый поэт?
– Пушкин, Александр Сергеевич.
– А мой – Бродский, – сказала официантка и ушла навсегда.
* * *
– Когда я был православным, – объяснял Яцутко, – Лев Васильевич Пирогов был атеистом. Потом я стал атеистом, а Лев Васильевич Пирогов, наоборот, православным.
– Я верующий, – предупредил Дрознер.
– А я настолько атеист, что даже в существование верующих не верю.
– А я не верю в существование атеистов, – ответил Дрознер.
Они общались уже полчаса, но по-прежнему не верили в существование друг друга.
* * *
– А я вас знаю, – неожиданно проснулся Плуцер, – вы Яцутко. Я вас во втором томе 300 раз цитировал.
– Да я столько текстов за жизнь не написал, – удивился Яцутко.
Но Плуцер снова уснул.
* * *
Через два дня мы снова были в “Билингве”.
– Я кстати проверил. Плуцер-Сарно меня ни разу не цитировал.
Тон Яцутко несколько изменился:
– Зато несколько раз процитировал Льва Васильевича Пирогова!
* * *
– Девушка, а почему вы не записываете?
– Я запоминаю.
Она повторила заказ без запинки
– Если она принесет и не перепутает, я в нее влюблюсь, – сказал Рома.
Официантка принесла.
– Черт, все верно, – с сожалением сказал он, – придется влюбляться.
– А чего так обреченно?
– Так она же некрасивая! Сейчас попрошу телефон.
Рома с надеждой посмотрел на меня:
– Может не даст?
* * *
– Америку мы поделим на две равные части… – Ежик с Ромой делили Америку.
– А ты чего так мало пьешь? – спросил меня Ежик.
– Русский народ спаиваю.
– Я выведу тебя в своем романе, ты будешь хитрым евреем, – испугал Ежик голой жопой.
И видом и поведением Ежик иллюстрировал пословицу: хорошего человека должно быть много. Он был хорош. Он был очень хорош. Он был слишком хорош. Он искрометно острил и в ответ барабанные перепонки играли дробь. Его хотелось выключить.
* * *
– Девушка, еще четыре пива и ваш телефон, – Рома осуществлял план по влюблению в официантку.
– У меня нет телефона.
– Какая жалость, – обрадовался Рома.
* * *
– Америку мы поделим на две части… – Ежик по-прежнему делил Америку.
Яцутко возражал. Сидя он напоминал кентавра – путанные волосы и борода вулканической породы.
Подбежала девушка:
– Ой, у вас такой красивый плащ, можно я в нем потанцую?
– А со мной не хотите? – Кентавр начал вставать.
Из под стола поднялось пузо. Затем, Яцутко заполнил собой все пространство клуба.
– Ой, извините, – прощебетала девушка и убежала.
Подавленный Ежик замолчал.
* * *
– А где предыдущая официантка? – поинтересовался спросил Рома.
– Она отошла, – сказала новая официантка.
Предыдущая официантка в центр зала, откуда тайно смотрела на Рому.
Рома пошел падать перед ней на колени и обратно не вернулся. Вместо этого пришли охранники и настойчиво попросили увести его из клуба.
Оказалось, что постояв перед официанткой на коленях и видимо отдохнув, он пошел в женский туалет, где предложил случайной посетительнице сделать ему минет за тысячу долларов, а после того, как та согласилась, стал торговаться, сбивая цену до ста…
* * *
На улице в обнимку стояли Рома и Ёжик.
– Как едем? – спросил Кентавр.
В это время очнулся Ежик и стал рассказывать как он любит Льва Васильевича Пирогова, что произвело на Яцутко ожидаемое впечатление:
– Сядь, – рявкнул он.
Ежик сел на бордюр и выключил звук. А мы пошли на Тургеневскую ловить машину. Шли мы значительно быстрее, чем он сидел. Из-за этого он нечаянно потерялся.
Tuesday, January 26th, 2016
1:42 pm
А тут вообще кто-то остался? Или все уже утратили интерес к ЖЖ?

Ау, отзовитесь. Отметьтесь в комментах, если не сложно. Интересно же.
Tuesday, September 22nd, 2015
2:11 pm
ИСКУССТВО. ЧАСТО ЗАДАВАЕМЫЕ ВОПРОСЫ С ОТВЕТАМИ

— Я не понимаю, что хотел сказать автор.
— Автор хотел сказать, что ты – идиот.

– Он не художник, потому что не рисует, а что-то из себя изображает.
– Это как раз искусство, а ты – идиот.

— Чему учит нас такое искусство?
— Тому что такие уроды как ты — идиоты.

— Так и я нарисовать могу.
— Лично ты можешь только пернуть в лужу, потому что ты идиот.

— Искусство должно воспитывать в человеке лучшее.
— Да, но только при условии, что он не такой идиот как ты.

— Я не знаю, кто такой Кандинский.
— Кандинский это художник, а ты – идиот.

— Картина должна отражать реальность
— Твою реальность отражает только карикатура, потому что ты — идиот.

— Искусство должно вести к Богу!
— Да ты просто феерический идиот.
Tuesday, August 25th, 2015
2:34 pm
Ну что же, твари в этой стране таки посадили Сенцова. Оставим эмоции. Главное в этой ситуации не ненависть, а четкое холодное понимание – кто есть нелюдь. Соответственно и поступать с ними.
12:19 pm
Мы живем в стране беззакония и беспредела. Российский суд запретил статью про Чарас и Роскомнадзор начал блокировку Википедии. Но внезапно остановился. Получается, что закон не выполняется! Для некоторых делаются привилегии!

Доколе, я вас спрашиваю, преступная Википедия будет мозолить нам глаза, когда есть решение суда деревни Кузюкино Астраханской области! Требую немедленно исполнить закон Российской Федерации и закрыть Википедию нафиг!
Monday, August 24th, 2015
6:53 pm
Закрывание Википедии Роскомнадзором напоминает попытку родителей воздействовать на ребенка. Раньше Роскомнадзор как закрывал сайты? Хуяк и все! И сайт заблокирован. Википедия же требует отеческого отношения.

– Сонечка, если не наденешь курточку, гулять не пойдешь.. Что значит, не хочешь? Папа тогда уходит... Считаю до трех. Раз... – направляется к выходу, – два... – я сейчас уйду.
Дальше начинается перетягивание каната:

– Два с половиной... Два с две трети... – никто не хочет сдаваться.
Роскомнадзор уже несколько дней усиленно подает Википедии знаки:
– Съешь котлету, Петя, тогда дам поиграть на компьютере.

А неразумная Википедия сопротивляется.

– Два с тремя четвертями и еще половинкой.

Да закрывайте уже, родимые. Закрывайте. Ждем не дождемся.
Saturday, August 22nd, 2015
5:46 pm
Меня возмущает, что Википедия пошла на компромис с русским судом. Никогда ни при каких обстоятельствах нельзя удалять информацию по решению русских судов. Свободное распространение информации выше каких-то там русских законов.
Friday, August 21st, 2015
12:58 pm
До сих пор не могу понять, почему все либералы так радуются развалу СССР. Не вижу в этом никакой логики, а исключительно массовое помешательство и коллективное слепое пятно на очевидных любому ребенку вещах.

По порядку.

1. Либералы были недовольны тем, что в СССР социализм, а в России зато наступил свободный рынок? Ок. Свободный рынок и приватизация могла быть в рамках СССР. Для этого совершенно не обязательно было разваливать страну.

То есть, по этому пункту произошла детская подмена понятий. Радуются смене строя, а уверены что радуются разрушению страны.

2. Либералы были недовольны, что Россия является колонизатором и республики надо отпустить? Согласен, были республики, которые рвались на свободу. Но не все. Референдумы в разных республиках показывали неоднозначные результаты.

То есть, по этому пункту, пускай и с территориальными потерями, но СССР мог продолжать существовать. А либералы просто сыграли в кашу из топора. Топора в каше нет, а каша так называется. То есть, похоже ненавидели само название страны, ну как боятся в детстве черную руку, что ли.

3. Считается, что в СССР был глобальнейший кризис, нефть упала ниже плинтуса, страна была банкротом-банкротом и больше не могла существовать. Глупый очень аргумент. Какой-то даже для умственных инвалидов.

Потому что Россия как правопреемник СССР находилась в такой же финансовой жопе после 1991 года. Что не помешало ей как-то выкарабкаться. Точно так же мог выкарабкаться СССР.
Monday, August 17th, 2015
5:05 pm
С ТОГО СВЕТА

Виталий Петрович Малышев, отставной механизатор, а ныне автослесарь, вернулся из райцентра, где ему сделали какую-то операцию. Выписали довольно быстро, но по деревне пошел слух, что в больнице он дал маху – вытаскивали с того света. Петрович стариком не был, так что на тот свет пока не собирался, однако к земле тянулся всем своим животом – любил пиво. С него и началось. Продмаг перебинтованный Петрович брал штурмом:

– Эх, Светка, а побыла бы ты как я на том свете, дала б в долг.

Продавщица Светка внимания на Петровича не обратила, так как была занята чтением сообщений и происходящее в реальности казалось ей иллюзорным и незначительным.

Однако словами его заинтересовалась покупательница, пришедшая за хлебом и глазированными сырками для внука:


– Виталик, расскажи как ты на том свете побывал?
– Отстань.
– Дак ты же говорил, что умер, да воскрес?
– Так оттого воскрес, что там темно как в танке, а я с детства темноты боюсь.

Покупательница разочаровано махнула рукой. Петрович сообразил, что пошел неправильно и взял ход назад:

– Погоди, Марья Павловна, я тебе расскажу. Только пива купи.

– Ишь чего захотел, – возмутилась было она, но любопытство пересилило.

– Проснулся я в палате, темно, а кругом жмуры, – Петрович отхлебнул халявной “Балтики”, – подумал, что в морге. А потом смотрю – шевелятся, дышат, а один храпит!

– Неужто ад? – ахнули бабы. 
– Та нет, это я в палате очнулся. 
– Так ты не про то рассказывай, а про то как мертвый был!
– Да что рассказывать? Темно ведь было!
– Ну может ангелов видел, али черта?

Петрович посмотрел на опустевшую бутылку и почувствовал неимоверную жажду.

– Вот-вот, сначала меня стали поднимать два ангела — одежда белая, а за спиной вентиляторы. Подлетаем к раю. И тут они роняют меня в самое пекло. Я лечу. Внизу темнота, а вдалеке крутится гигантский пропеллер и всасывает, всасывает…

Петрович понял что произвел эффект и потребовал сигарет за бабий счет.

– И это, Светка, если узнаю что видео выложила в интернет, убью вот этими руками.

В деревне было два магазина и публика в них собиралась разная. В первом, который существовал казалось всегда – по крайней мере не было тут ни одного старожила, который бы его не помнил – продавщица все свободное время проводила в сети. Очень она это дело любила, первой смотрела сериалы и охотно делилась долгоиграющими страстями. Бабы ее за это любили, называли Светка–Контактик.

Второй магазин возле трассы держали армяне и там собиралась степенная публика, так как пиво у армян было на пять рублей дешевле. Редкие дальнобойщики, пришвартовывающие свои межгалактические корабли, чтобы купить сигарет и кока-колы, привносили в сообщество романтику дальних странствий и вольный ветер свободы. Хотя какие это были дальнобойщики? Так шоферы мелкого свойства, развозившие товары с райцентровских складов. Фуры, как правило, пролетали мимо даже не замечая этот прекрасный оазис.

Петрович еще на подступах рассказывал про храпящих жмуров и ангелов с пропеллерами. Однако никто не заинтересовался, а хмурый кавказский продавец Гриша Григорян посмотрел на него так, как будто он все еще пребывает в загробном мире.

Так бы и ушел ни с чем, но неожиданно его спас Гришин брат Артур, ширый дерганный парубок в вышиванке с восточным орнаментом и оселедцем на затылке. Братья Григоряны были с Ростова, поэтому говорил Артур гэкая и шокая. Как говорил брутальный Гриша никто не знал, потому что он в основном молчал.

Артур как раз грузил товар, когда услышал Петровича. Товар Артур глубоко презирал, так как сам не пил, не курил и занимался исключительно вегетарианством, но понимал, что в этом материальном мире люди серьезно больны, а болезни нуждаются в лекарствах. Услышав про тот свет Артур кинул ящик с лекарствами. Ящик грюкнул и из него потекла микстура, предположительно пиво.

Начали за здравие – с райских карлсонов, кончили светом в конце туннеля. За пять минут кришнаитской проповеди Петрович уяснил, что пропеллер – это метафора круговорота смертей и перерождений. Read more...Collapse )

(с) Дмитрий Ромендик
Thursday, June 18th, 2015
9:13 pm
Вот что меня дико бесит в русской культуре, так это культура потребления спиртных напитков. Не алкоголизм, алкоголики есть везде, я и сам могу выпить. А именно культура потребления алкоголя. Ведь одно дело, встретиться с друзьями, выпить столько, сколько надо для непринужденного общения. И разойтись или не разойтись – смотря по состоянию. Но делать это добровольно и не превращать это в ебанный ритуал.

Тупее ритуала "выпивания" я в русской культуре ничего не встречал. Это как какая-то безумная лезгинка у кавказских народов – кто кого перетанцует. Известно, что лезгинка – тотемный танец. Поклонение тотемному животному – орлу. Отсюда и поза орла, героически–гордый орлиный фейс и соревновательность. Это не танец, это сука ритуальный спорт, кто тут более крутой, кто перетанцует всех.

Русский ритуал пьянства – это такой же идиотский тотемный танец как и лезгинка. Кто кого перепьет. Если ты выпил мало – ты вообще не мужик. Ты слабак. Ты меня не уважаешь. И настаивать, настаивать, давить всей шоблой – пей. С незнакомыми людьми – пей, блядь. На праздниках, на поминках, пей сука до дна. Пить надо много, до потери пульса, побеждает тот, кто после всеобщей отключки остается на ногах. В культуре выработан комплекс - "отказаться – стыдно". Это поклонение какому-то придурковатому тотему – русскому мужику-медведю с красным носом и перегаром за версту.
Thursday, May 14th, 2015
5:49 pm
В кафе зашли русская молодая пара, а с ними азиатка. Разговаривают по-французски. Действительно, азиатка же иностранка и не обязана знать русский.

Подошла официантка и азиатка заговорила с ней по-русски без акцента. Затем стала спрашивать у “русских” по-французски и переводить. Оказалось, что это она – русская, а они – французы.

Потом вдруг француженка заговорила с официанткой по-русски и тоже без акцента и стала переводить спутнику.

Официантка поняла, что именно он француз, а две девушки – русские и обратилась к нему… на бойком французском. Он радостно ответил. Она стала показывать ему меню и что-то объяснять. Все расслабились и стали говорить друг с другом по-французски. Официантка пошла выполнять заказ.

И тут француз кричит ей через зал:

– Девушка, а можно поменять “Сибирскую корону” на “Хайнекен"?
По-русски. Без акцента.
Tuesday, February 24th, 2015
5:10 pm
Ходил к окулисту-профессору. А то стал много замечать последнее время.

– Кем работаете? – спрашивает.
– Я – редактор.
– В какой области?
– В журналистике.
– Что редактируете?
– Эээээ, – замялся.

А я как раз ничего сейчас не редактирую, потому что безработный.

– Понятно, – отвечает, – сейчас многие называют себя редакторами, журналистами...
– Зато я раньше в «Российской газете» работал!
– Раздражает, – пожаловался профессор, – полгазеты занимают законы.
– А я вот над ними и работал, – я решил идти до конца.
– А что вы с ними делали?
– В основном исправлял то, что со Старой площади спускали, но бывало, вижу – явная халтура, тут уж приходилось переписывать.

Профессор посмотрел с интересом:

– А жалуетесь на что?
– Да что вы, я ни на что не жалуюсь! Я всем доволен! Но... уволили ведь. Раскритиковал я как-то очередной закон, а мне начальство и говорит: "Не туда смотришь!"
– Это косоглазие.
– Может дальнозоркость?.
– Нет, за дальнозоркость сейчас не увольняют, времена не те.

В общем, зауважал меня профессор, видит: государственный человек. Сам приосанился:

– Людям нашей с вами профессии часто приходится принимать неудобное положение...
– Вы корректуру имеете в виду? Вы зрение корректируете, а я слова.
– Ну, — профессор попытался перепрятать диктофон, — я имел в виду людей сидячих профессий.
– Да за что сажать-то? Мои законы ведь все равно не работают.
— Сажают и за меньшее. Что тут написано?

Профессор подошел к таблице и показал на нижнюю строчку.

– Вообще не вижу.
– Вот и умница! Так всегда и говорите, тогда за меньшее вас точно не посадят.

Он показал на строчку выше. Я уверенно назвал буквы.

– Мда, вот над этой строкой вам надо поработать. Лучше бы вы ее не видели.
– Может читать разучиться?

Он посмотрел на меня с сомнением:

– А получится?
– Вряд ли, – вздохнул я, – все же я редактор.
– Эка невидаль! У нас в стране 95% редакторов давно читать разучились и ничего, работают.
– А может лучше над зрением поработать?
– Будем ухудшать, я вам выпишу специальные таблетки. А пока научитесь читать только верхнюю строку. Это не опасно. Ее все видят.

На следующий день мне позвонила девушка из клиники:

– Мы хотели бы получить отзыв о работе нашего специалиста.

Я воспрял. Знают! Помнят былые заслуги. Комментарий просят. Разместят на сайте с фотографией.

– Значит так, – говорю, – записывайте. Во время приема профессор проявил политическую незрелость. Отпускал двусмысленные шутки, критиковал наши законы. Его преступные действия, направленные на исправление зрения у россиян, могут привести к социальному недовольству, после того, как граждане наконец увидят что творится в стране...

Неожиданно трубка заговорила мужским голосом:

– Вы не против, если мы используем ваш комментарий?
– Только пришлите мне на утверждение, – важно потребовал я.
– Ну зачем же вас беспокоить лишний раз?

Голос ворковал вкрадчиво и мне даже показалось, что я слышу этого человека каждый день по телевизору.

– Ну как же, меня знают, у меня репутация... Ведь под моим именем выйдет.
– Под вашим именем? Нам это ни к чему, мы ваш отзыв анонимно используем...

Раздались короткие гудки. В глазах потемнело. Кажется таблетки начали действовать.
Saturday, January 31st, 2015
9:46 pm
Я вот, кстати, когда ходил в посольство Украины в Москве летом, тоже подозревал, что они захотят выведать у меня какую-нибудь государственную тайну. Поэтому держал рот на замке.

– Мыыыыыуууууааааааааэээээ! – сказал я на входе.

– А так это вам туда, – я прошел через двор с охранниками, которые ходили с рациями и пристально следили, чтобы никто не выдал военную тайну.

– Яааааааауууууууууууууууооооооооооооо, – сказал я тетям за длинным столом, накрытом скатертями.

Я очень боялся, что меня не поймут, но оказалось, что 95% избирателей всегда так разговаривают, а остальные 5% просто не ходят на выборы.

Тут началась самая опасная часть. Я уединился в кабинке. Я слышал как за перегородкой усиленно скрипит ручка, это кто-то рисовал на обратной стороне бюллетеня план передвижения российских войск по территории Украины.

Я водил ручкой как по минному полю. Если поставлю галочку напротив фамилии Ярош – меня арестуют за пропаганду терроризма. Если отмечу Порошенко – могут привлечь за матерные слова... И тут меня осенило. Я опустил бюллетень и быстро убежал из этого очага фашизма, терроризма и предательства.

На выходе из посольства меня уже ждал автозаг с распахнутыми дверями.

– Пройдемте, – ласково попросил архаровец, похлопывая крыльями.

– Что не так? – взизгнул я, – Я голосовал за Ольгу Богомолец. Ведь русские – это народ-богомолец, так что я за вас, родимые, голосовал.

Они вздохнули:

– Уже третий такой хитрожопый за сегодня. Проходи.

Я не стал ждать повторного разрешения и зашагал прочь.

– За спиной я слышал вопли. Это вязали человека из соседней кабинки, который слишком долго скрипел ручкой.
Tuesday, December 30th, 2014
11:14 pm
Навальный молодец. Троллит выблядь.
Thursday, December 11th, 2014
7:57 pm
а поговорите со мной про кино? Какие фильмы вы видели в этом году. Что вам понравилось, а что не понравилось? Что удивило или огорчило. Мне это очень важно, да и вам, может быть небезинтересно пообсуждать просмотренное.
Saturday, November 29th, 2014
9:10 pm
Из Вольтера: Если бы этой фразы не существовало, ее следовало бы выдумать
Tuesday, November 25th, 2014
1:01 pm
А смотрите ли вы фильмы, видео онлайн? Не спорадически по ссылкам, а постоянно? Какими каналами пользуетесь? Или сайтами с тематическими подборками. Поделитесь информацией плиз.
Thursday, November 13th, 2014
12:35 pm
Подслушано в Нью-Йорке

Решил реанимировать проект (переводы текстов с Overheard in New York). Пока опубликую то, что переводил раньше и что еще не потеряло актуальность. А дальше посмотрим.

* * *

Первый. Ей было 14?
Второй. Ну, я не знал, что ей 14, когда спал с ней.
Первый. Как это, ты не знал?
Второй. Ну, она совсем не выглядела на 14.
Первый. И ты не спросил?
Второй. Я спрашивал. Она наврала, что ей 21.
Первый. И ты не спросил документов?
Второй. Чувак, думаешь, спрашивать документы, это самый эффективный способ затащить девушку в постель?
Первый. Вообще-то, ты прав. А ты сказал ей, сколько тебе лет?
Второй. 21.
Первый. 21?
Второй. Да, 21
Первый. А, ну да: 39, 21 - какая разница.
Второй. Только не надо меня осуждать. *

* * *

– Как ты?
– Какое-то сумасшествие. На нас наехал трактор с прицепом. Уже второй раз. Он приближается, а я смотрю на мужа и думаю: "Он умрет прямо сейчас, на моих глазах, и это после всей этой химиотерапии, которую он перенес. *

* * *

Профессор. Демократические страны, как правило, не воюют с демократическими странами.
Студент. Это значит, что все страны должны стать демократическими? *

* * *

Белый (девушке). Большинство этих парней мусульмане, поэтому ты их не доставай. Мусульмане не боятся смерти, потому что на небесах они получат по 72 девственницы.
Первый мусульманин. Не 75, а 45.
Второй мусульманин. А я думал только 40.
Белый. Но мне мусульманин как-то сказал, что 72.
Первый мусульманин. Мужик, что ты будешь делать с 72-мя девственницами?
Белый. То же самое, что и с 45-ю, только я затрахаюсь объяснять, что им надо делать. *

* * *

Девушка. Ты должна дождаться рождественских каникул и уже тогда рожать.
Беременная на 8-м месяце. Ты чо под кайфом? *

* * *

Белый воротничок (лет 40-ка). Ты когда-нибудь видел видео в интернете, там, где женщина сосет у лошади и давится, когда лошадь кончает?
Блондинка (лет 30-ти, его спутница). Эээ... Нет.
Белый воротничок. А видео где лысый чувак засовывает голову целиком во влагалище?
Блондинка. Нет, я такого не помню.
Белый воротничок. Ты вообще следишь за культурными событиями? *

* * *

Черный христианский проповедник. Иисус спасет! Вы спасены? Хвалите Иисуса!
Прохожий. Хвалите Аллаха.
Проповедник. Еб твою мать! Иисус надерет тебе задницу! *

* * *

Объявление в аэропорту. Последнее предупреждение. Джон Смит, рейс 1234.
Через десять минут. На самом деле, последнее предупреждение. Джон Смит, рейс 1234.
Еще через десять минут. Окей, Джон Смит, мы вас очень любим, но самолет уже должен лететь! *

* * *

- Ты пойдешь смотреть "Пилу"?
- Не, я такие фильмы не люблю.
- А какие?
- Мне больше нравятся драмы, ну, типа, когда ты веришь, что это происходит на самом деле. Вроде "Супермена". *

* * *

Водитель автобуса. Поехали. Поехали. Господи, все эти люди бегут в никуда. Они едут домой и смотрят телевизор. Нью-йоркцы только этим и занимаются: едут домой и смотрят телевизор. *

* * *

Водитель автобуса. Если ваш ребенок выше 36-ти дюймов вы должны оплатить его проезд. Если вам больше 30-ти лет, вы живете с родителями и не платите за квартиру, вы должны заплатить за всех пассажиров. Следующая остановка: бруклинская больница. *

* * *

Женщина. Ты знаешь, отец моего старшего сына был необрезанный.
Подруга. На самом деле?
Женщина. Да.
Подруга. И как это на вкус? *
Sunday, November 2nd, 2014
11:30 am
Актер Михаил Пореченков объяснил происхождение кадров, на которых он стреляет из пулемета в аэропорту Донецка. По словам актера, он находился в отпуске на отдыхе в Ростовской области. Любуясь природой, он не заметил как перешел границу и попал на территорию Украины.

«Я думал это учебный полигон где-то под Ростовом» – оправдывался известный актер. Я и предположить не мог, что участвую в реальных боевых действиях».

В МХТ им. Чехова подтвердили, что во время съемок актер находился в отпуске и поэтому театр за его действия никакой ответственности не несет: «Мы с уверенностью можем утверждать, что артист театра Пореченков не стрелял в Донецком аэропорту, а стреляло частное лицо Пореченков, не имеющее во время отпуска к театру никакого отношения».

Гримеры киностудии «Мосфильм» выразили сомнение, что на кадрах хроники был сам актер. «Я хорошо знаю лицо Пореченкова, – сказала гримерша, пожелавшая остаться неизвестной, – у него обвисшие щеки и сильные мешки под глазами. А вы посмотрите эти кадры – это какой-то улыбающийся здоровяк. Скорее всего это был дублер, выдававший себя за известного актера».

Узнав об этом, Михаил Пореченков снял каску с надписью «пресса», почесал затылок и сказал: «Вспомнил, это был не я! Ведь я в это время снимался в сериале в Минске. Поэтому расцениваю это видео как дурацкий розыгрыш!»
Wednesday, September 24th, 2014
12:57 pm
Дневник владивостокского международного кинофестиваля “Меридианы Тихого” (сентябрь 2014)
(из серии “Репортаж о репортаже”)

1

На регистрацию во Владивосток за мной стоял кинорежиссер Виталий Манский с дамами. Когда очередь дошла до меня, Манский ломанул вперед, чем лишний раз подтвердил, что для отечественной документалистики я — пустое место. За Манским ломанула дама, а вторая спросила меня:

— Можно я тоже пройду?

Я хотел промолчать — вы когда-нибудь видели, чтобы пустые места разговаривали? Но подумал: раз она меня спросила, может я не совсем пустое место? И закричал:

— Не пущу, сейчас моя очередь! — и даже попытался перегородить ей дорогу.
— Большое спасибо, — сказала она, аккуратно обогнула меня со своей сумкой на колесиках, и прошла вперед.

2

Even in a VIP lounge some are vipper than others.

3

Большинство машин — праворульные. Шок.

4

Во Владивостоке жаркий солнечный день. На кофе-брейке перед проходом по красной дорожке, все звезды столпились под навесом в тенечке, оставив мне место под солнцем. Картина маслом: весь отечественный кинематограф в тени и один я как последний поц под палящим солнцем.

5

Красная дорожка — синего цвета. Ее просто, как это теперь модно, вырвали из контекста.

6

Логистика проходов звезд по красной (синей) дорожке требует концентрации этих самых звезд в одном месте где-нибудь за углом на парковке. Поэтому их свозят на автобусе и поят чаем с пирожными пока четыре черных мерседеса ездят по кругу вокруг театра, подвозя очередную порцию звезд к синей (красной) дорожке.

Ну а дальше по образу и подобию Канн, нужно пройти сквозь строй фотографов. При этом тут сталкиваются две ярмарки тщеславия:

— Народный артист такой-то, — раздается голос ведущего, помноженный на усилители и колонки.

А в это время фотографы с двух сторон меряются у кого объектив больше и вспышка сильнее.

Когда на красной дорожке закончились народные артисты, в ход пошли заслуженные. Затем артисты первой и второй категорий. Затем заслуженные киноведы.

По мере того, как они проходили по дорожке, количество звезд на нашем пятачке на парковке редело. Как я там оказался — это отдельная история, но я понял — мне от этого ритуала не отвертеться.

Вообще, я всегда старательно избегал красных дорожек. Когда меня послали в командировку в Канны, оказалось, что нужно взять на прокат смокинг, так как без смокинга на красную дорожку не пускают.

Лирическое отступление: говорят, великий наш Сергей Параджанов на Берлинском кинофестивале надел на футболку табличку «No smoking» и так продефилировал.

Но поскольку я ни разу не Параджанов, а скромный кинообозреватель, то я тогда в Каннах плюнул на смокинг и ковровую дорожку, забил на показы, купил билет на электричку в Монако и поехал осматривать тамошние достопримечательности, рассудив, что кино можно и дома посмотреть. А вот вычурное княжество и картины импрессионистов, разбросанные по разным музеям Лазурного берега вряд ли.

Однако, сейчас понял — не отвертеться. Как это случилось, не пойму. В принципе, журналисты, как ни верти — это обслуга. Просто из хорошего дома. Лакей из хорошего дома может произвести впечатление на крестьян и городских обывателей, но аристократы хорошо знают им цену и если сажают за общий стол, то в виде необходимого допущения — как сажают за стол гувернера, секретаря или заслуженного приказчика

Каким боком организаторы фестиваля записали меня в гости — ума не приложу. Что-то не туда перещелкнуло в их государственном механизме. После того, как всех звезд рассадили по мерседесам и подвезли к центральному входу, на парковке остались аутсайдеры вроде меня. То есть я и пара латиноамериканских документалистов.

— Давай еще вот этих заберем, — сказала распорядительница и безымянного меня посадили с безымянными документалистами в Мерседес.

— А сейчас на дорожке остальные гости фестиваля, — радостно сказал усилитель с колонками.

Мы вышли из мерседеса, пошли по сине-красной дорожке и сделали вид, что позируем. Фотографы сделали вид, что нас фотографируют

7

На губернаторском приеме после открытия фестиваля, в загородной резиденции на берегу моря я скромно взял королевских креветок, рокфоров, канапе, люля-кебабов, баранины, бутриков с сырокопченой колбасой, маслин и остального по мелочи плюс два бокала красного вина, которое они почему-то называют домашним и наливают из кувшинов, но я узнал в нем честное дешевое, но приятное чилийское мерло.

Логистика губернаторских приемов отличается от логистики проходов по красной дорожке. Несмотря на то, что приглашают туда только «избранных» там на лужайке рядом с бассейном есть VIP-зона с сервированными столиками. Там избранные из избранных. Рядом с ней шведский стол уровня девятизвездочного курортного отеля, возле которого толпятся те ВИПы, которых не пустили в VIP-зону, но которые хотят быть к ней поближе. То есть не избранные избранные, а просто избранные.

А еще дальше стоячие столики — как раз между сценой с шансоном и японскими барабанщиками с другой стороны, так что звук одних накладывается на других, создавая удивительно прекрасный фантасмагорический эффект. Там обычно стоит третья категория избранных. Тех кого не пустили за самые главные столики и те, которые по каким-то причинам не хотят возле них толпиться.

Я нарочно выбрал самый дальний стоячий столик и вознамерился скромно закусить чем Бог послал. Неожиданно, ко мне присоединились (даже не спросив разрешения) несколько представителей местной элиты. Затем к ним подошли дамы. В итоге за нашим столиком кормились я и шесть представителей рядовых избранных — ВИПов третьей категории.

Некоторое время они выясняли, кто где достал пригласительный, а затем начали бухать. После двух бокалов дама наклонилась к ушку одного из избранных и тихонько спросила, показывая на меня:

— Слушай, а это кто?

То есть, ей казалось, что спрашивает она тихо, но голос ее заглушал звук шансона с основной сцены и грохот японских барабанщиков с другой стороны лужайки.

— А я, блядь, тот, за чей столик вы встали без разрешения, — хотел закричать я, но промолчал, сделав вид, что ее не услышал.

8

Мудрость почерпнутая на пароходе. В кают-компании сидят три актрисы и одна говорит:

— Сериал — это то, что все делают каждый день, не осознавая этого, а теперь мы на это смотрим.

Эта фраза помогла мне сформулировать свое жизненное кредо:

— Моя жизнь — это то, что вы делаете каждый день, не осознавая этого, а я на это смотрю.

9

Из десяти конкурсных полнометражных художественных фильмов на фестивале, шесть – road-movies.

Вот что пишут в программке:

28 (Шри-Ланка) – "Трое мужчин на старом автофургоне перевозят тело изнасилованной, а затем убитой женщины".

Жизнь после (Мексика) – "Самуэль и Родриго начинают путешествие в поисках своей матери".

Игра на удачу (Индия) – "История Камалы из деревни Чикул, которая, оставив свою родину, отправилась вместе с дочерью Мани на поиски пропавшего мужа".

Кровь (Россия) – "Передвижная станция по переливанию крови колесит по российской провинции..."

Осторожно, двери закрываются (США) – "После тяжелого дня в школе Рики, страдающий аутизмом, сбегает в метро. Здесь начинается его настоящее путешествие..."

Тихие воды (Япония, Франция, Испания) – "...обнаруживает в море труп. Его девушка Кёко будет стараться помочь ему разгадать тайну этой находки. Вместе Кайто и Кёко начнут путешествие во взрослую жизнь".

Еще два фильма про переход из одного состояния в другое (тоже своего рода путешествие).

Теряя контроль (США) – "Сексолог Рона начинает работать с новым темпераментным клиентом Джонни, и тонкая грань между профессиональной и личной близостью начинает исчезать".

Убить человека (Чили, Франция) – про то, как простой обыватель, пытаясь защитить семью от шпаны становится убийцей.

И лишь два фильма статичны (я бы сказал), но оба про воспитание.

Класс коррекции (Россия) – "...искусственно созданное школьное гетто для проблемных детей".

Победитель (Китай) – "Выйдя из заключения он отказывается от своего криминального прошлого и приходит на работу в детский сад".

О чем это говорит, пока не знаю. Есть три варианта:

1. Это такая тенденция в арт-хаусном кино
2. Личные предпочтения программного директора фестиваля
3. Автор анонсов маниакально описывает путешествия к месту и не к месту.

10

Давненько я не смотрел артхаус. Теперь о главном. Я посмотрел пока три фильма. Первый (28, Шри Ланка) про то, как бывший муж перевозит тело изнасилованной и убитой жены из города в деревню, был пронзительным. Главный герой искренне мучился, что из-за невыносимой обстановки в деревне жена была вынуждена удрать в город, где попала в общагу в плохом районе и так далее. Параллельно с этим, женщина из гроба открывает глаза, когда рядом никого нет и рассказывает свою историю. ВСЕ, больше литературщины и арта в фильме нет. Я даже поначалу смотреть не хотел – унылое повествование. Потом понял, что это правильно. ТАК И НАДО.

После этого я посмотрел еще два фильма – американский и чилийский ("Осторожно двери закрываются" и "Убить человека"). В них с образной системой все в порядке. В американском фильме про мальчика-аутиста с Ракавей из Квинса, который удрал из семьи и ездит в нью-йоркском метро – много своевременных образов к месту – то рыбка мертвая в аквариуме, то метро едет вверх на манер лифта и многое другое.

В чилийском фильме – доведенный до отчаяния обыватель стреляет в преступника, а затем раскаивается и садится в тюрьму – тоже художественное решение на месте – над человеком давлееет лес (он лесник), переломные драматические моменты – все как надо.

Вот только меня не покидало ощущение резиновости образов – уж слишком они на месте, а ощущения чуда нет. Это просто наказание фестивального кино какое-то – нет ощущения чуда. Все, как учили на курсах сценаристов/режиссеров.

И вот когда режиссер второго фильма рассказывает почему он вставил те или иные образы и рассказывает ТОЧНО ТАК ЖЕ, как я это записал себе в заметки во время просмотра, я начинаю понимать, что тут не так.

Все эти фильмы снимают так, как надо снимать. По лекалам. Система артхаусных символов – это тоже часть программы обучения кинопроцессу, как и механизмы коммерческого кино.

Образы должны идти ВОПРЕКИ всем правилам. Они должны бить по голове битой наотмашь. Либо их не должно быть. В первом фильме – почему он меня подкупил – не было никаких образов – прозрачная драма про социальные проблемы с минимумом аллегорий. Это просто, но ЧЕСТНО. И это хорошо.

Во втором и третьем фильме – режиссеры ОТДАВАЛИ СЕБЕ ПОЛНЫЙ ОТЧЕТ, какие образы они вставляют в фильмы. Артхаусные режиссеры – это кинокритики наоборот. Они сначала пишут покадровый критический анализ фильма, продумывают интеллектуальные интерпретации, а затем снимают. Нет худшей беды для художника – просчитывать результат заранее. Нельзя путать причину и следствие.

11


КАК Я БРАЛ ИНТЕРВЬЮ У ЭДРИЕНА БРОУДИ

Так вышло, что я забыл взять с собой в поездку визитки. Всего пять их было у меня в кошельке. Само собой, визитка на фестивале вещь наипервейшая. Когда протягиваешь ее персонажу, он сразу ощущает медийную мощь всех орудий, которые стоят за тобой.

Режиссеру проще – он привез фильм и все сразу знают кто он и что. Особенно после показа. До показа все режиссеры заиньки. Они же артхаусные, не на слуху, ведут себя как я без визиток – скромно и любезно со всеми.

А как только пройдет показ их фильма, да еще если на пресс-конференции не дай бог кто похвалит (я например), все, пиши пропало – ходят гоголем и слова из них не вытянешь. Поэтому совет коллегам – меньше хвалите художников. Они сцуко тщеславные.

Нет, конечно, после двух-трех вопросов они раскрываются, как чилийский режиссер, который до показа фильма хотел дать интервью даже фонарному столбу, а после во взгляде читалась уже некоторая переборчивость.

Впрочем, после трех вопросов мы забили на кино и переключились на режим Пиночета – где еще можно поговорить об этом странном манящем времени, как не во Владивостоке? Потом переключились на Сталина, потом на испанский ресентимент и так по кругу.

В общем, я опрометчиво раздал визитки разным людям и у меня осталась лишь одна. Без нее я никто. Нет меня. Ее нельзя отдавать, ее надо заламинировать и показывать из рук, на расстоянии, чтобы визави не успел выхватить.

А тут Броуди. А у меня одна визитка. А тут Броуди и он пьет сок у стойки бара и обреченно выслушивает почетного гостя фестиваля, сына известного цыгана с лысой головой, фильм с которым когда-то вдохновил самого Акиру Куросаву на ремейк, где он (слава богу) снял все наоборот.

И вот этот почетный сын всего цыганского народа, а так же своего звездного папаши, который пел еще с Алешей Дмитриевичем "А я лысого узнаю по походке", показывает Броуди журнал Story – Броуди и еще одному актеру, который у Тарантино много снимался. Ну этому... не важно.

А Броуди грустно кивает головой и в глазах его вся боль еврейского народа. Я очень извиняюсь перед редакцией Story, которую нежно люблю в полном составе, но Броуди смотрел на Story как на Холокост.

Я вообще-то подходить не хотел, ну его этого Броуди, тем более, что наша американская редакция на мое предложение сделать с ним интервью, спросила:

– А кто это?

Но тут Story. А в нем статья про все лысое цыганское семейство почетного гостя фестиваля. И Броуди смотрит в Story, хоть и с ужасом, но вежливо кивает головой. А я как раз получил заказ от Story на интервью с Броуди. И вот стоит Броуди, рядом сын лысого цыгана, а между ними журнал Story.

И я понял – это знак судьбы, интервью брать надо. Хлопнул для верности два бокала красного вина и подошел, держа визитку на вытянутых руках перед собой:

– Так мол и так, – объясняю я Броуди – я неимоверно крут. После интервью со мной о вас узнает весь мир...

А он застенчиво улыбается, но смотрит на меня так же, как до этого смотрел на журнал Story:

– Я вижу, ты хороший парень, – говорит Броуди, – может даже наши прапрадедушки в одном штетле жрали на шабес одну гефилте-фиш на двоих. Но развела нас судьба за последние сто лет. Потому что ты мишигинер, я это сразу заметил, а я большой пуриц в нашем еврейском Голливуде.

Ну он чуть иначе сказал, но смысл вкладывал примерно такой. И добавил:

– Ты главное не обижайся. Я тебя поставлю на лист ожидания первым.

А как мне не обижаться, если он увел у меня последнюю визитку?

– Верни визитку, гад, и можешь снять меня с листа ожидания, – хотел закричать я, но потом как всегда передумал и пошел брать интервью у чилийского режиссера про Пиночета и Сталина.

12

Посмотрел индийский фильм «Игра на удачу» (реж. Гиту Мохандас). Фильм затронул очень важные общественные проблемы. В художественной форме вскрыл социальные язвы общества. Крестьянке из горной гималайской деревне чтобы добраться до Дели и не быть при этом убитой, ограбленной и изнасилованной — это биг факин дил. Вдобавок, когда она добралась до Дели в компании наперсточника с гниющей ногой, выяснилось, что ее муж, поехавший на заработки, погиб.

В Индии все очень плохо. Так же все плохо в Китае — там преступнику, отсидевшему десять лет в тюрьме разрешили открыть детский сад («Победитель» реж. Чжан Мэн). Еще хуже в Чили, где агрессивный сосед может запросто ранить соседа и изнасиловать соседку и ему ничего не будет («Убить человека», реж. Алехандро Фернандес Альмендас). И совсем все ужасно в Шри Ланке («28», реж. Прасанна Джаякоди), где героиню уже изнасиловали и убили и весь фильм везут ее тело по горным дорогам.

И даже в США — сплошные проблемы, мужу не заплатили за два месяца работы на стройке, жена ишачит служанкой у буржуя-вегетарианца, а сына-аутиста хотят выгнать из школы и всех их депортировать обратно в Латинскую Америку.

На русский фильм «Кровь» реж. Алина Рудницкая я не пошел — позорно сбежал из кинотеатра. Фильм о том, как передвижная донорская станция берет кровь из обездоленных крестьян, которые приходят толпами, потому что за поллитра крови можно заработать 850 рублей. Смотреть на кровососов, пьющих русскую кровь уже не хотелось — я и так понял, что все плохо везде и жизнь беспросветная.

Почему фестивальное кино такое тяжелое? Тут есть над чем поразмышлять. Может быть это вкусовые предпочтения программного директора, может требование времени — поднимать проблемы дискриминации женщин и социально незащищенных слоев общества в странах третьего мира. Может быть продуманная политика стран «золотого миллиарда» — давать гранты и инвестировать в проекты, рассказывающие, как плохо в бедных странах. В этом случае, даже режиссеры из внешне благополучных стран подстраиваются под эту политику и снимают чернуху. Нельзя исключать и моду на политически активное высказывание.

В профессиональных кругах существуют определенные установки. Например, считается, что если в комедии много шуток, это оправдает любые драматургические огрехи. Зритель простит все — главное, чтобы было смешно. Аналогичная ситуация похоже и тут — чем больше «правды жизни» в фильме, тем больше это оправдывает отсутствие художественных достоинств. Социально активный зритель (или член жюри) отнесется к фильму позитивно — главное, чтобы было ужасно в снимаемой стране.

Тут же стоит вспомнить и то, что процесс кинопроизводства за последнее время очень сильно удешевился. Камеры стали дешевые, монтировать можно на любом нормальном компьютере, актеры снимаются или непрофессиональные, или начинающие, или из провинциальных театров (как в чилийском фильме). Еще на фестивальное кино очень сильно повлиял манифест «Догма-95» — снимать все в естественной обстановке, без декораций и дополнительного света. Влияние Ларса фон Триера, идеолога проекта на интеллектуальное кино нельзя недооценивать — для многих, с кем я говорил, он — икона. Вот и выходит, что остропублицистическое кино (взявшее на себя функции документалистики) оправдывает отсутствие больших бюджетов и дает возможность использовать фестивали как социальные лифты.

13

Ну вот! Наконец посмотрел первый добрый и жизнеутверждающий фильм на фестивале. Наверное потому что он не в конкурсной программе. В конкурсной программе – либо насилуют, либо пропадают, либо стреляют, либо выселяют.

А тут украинский фильм "Племя" (реж. Мирослав Слабошпицкий) про интернат глухонемых. Весь сделан на общих планах, жестовый язык без перевода, сцены намеренно затянуты, смакуется каждая деталь. Все остальные фильмы – сопли по сравнению с ним.

В интернат прибывает новый парнишка. Сначала его жестко прописывают вчетвером на заднем дворе. Затем заставляют участвовать в избиении случайного прохожего. Затем делают сутенером – он с учителем труда возит однокласниц дальнобойщикам. Затем он решает, что влюбился в одну из однокласниц и делает ей ребенка. А она идет делать аборт. Минут пять экранного времени ей делает аборт глухонемая акушерка в ванной пока она орет.

Затем глухонемой сутенер покруче и постарше делает девкам итальянские паспорта, чтобы отвести их в Италию на продажу. Но главный герой не может с этим смириться. Он убивает трудовика молотком по лысой голове, крадет у него деньги. А когда видит у однокласницы паспорт с визой – рвет его на части. За это однокласники жестоко избивают его. Тогда он приходит ночью, когда они спят и методично убивает их тумбочками по головам – одного за другим. Они же не слышат грохота, поэтому не просыпаются.

Конкурсной программе до этого фильма еще расти и расти. Впервые мне было по-настоящему весело. Особенно на сцене аборта. Треть зала на ней не выдержала и ушла. А две девушки рядом со мной все переживали, что ей неправильно аборт делают.

Извините за спойлер, но спойлить – это мое любимое развлечение.

14

КЛАСС КОРРЕКЦИИ

В самом конце конкурсной программы посмотрел действительно замечательный фильм “Класс коррекции” (реж. Иван Твердовский).

Если рассказывать о фильме в двух словах, то это как если бы у очень виртуозной, но инфантильной Гай Германики в голове появились умные мысли и она сняла фильм “Чучело”, но раз в десять радикальнее. Действиее происходит в так называемом классе 8 вида общеобразовательной школы, где учатся подростки-инвалиды с разными заболеваниями: колясочники, эпилептики, маленькие, с дисфункцией речи и так далее. Колясочница впервые идет в школу после домашнего обучения, у нее начинается роман с однокласником, затем предательство, жестокость однокласников, учителя-звери.

С Германикой Твердовского роднит то, что они режиссеры одного поколения и подходы у них похожие: они еще помнят как было в школе (чувствуют материал), они любят ручную съемку, они дают актерам простор построения фраз своими словами, а не по заранее прописанным диалогам и так далее. Твердовский честно признался в интервью: я вырос на фильмах Ларса фон Триера. Это такая установка режиссеров этого поколения: “Ларс фон Триер – бог, а теперь давайте снимать остросоциальное кино”.

С “Чучелом” Ролана Быкова их роднит структурная похожесть сюжетов. Такой очень четкий и информативный диалог поколений. Это как два медицинских теста – сейчас и через год, чтобы проследить динамику болезни. По фильму Твердовского можно сказать одно – лучше за последние тридцать лет с момента создания “Чучела” в системе образования точно не стало.

“Класс коррекции” очень перекликается с украинским “Племенем” про интернат глухонемых, где все маникально плохо. Но в “Племени” все ужасно и бесталанно. Отношение к нему можно выразить фразой Льва Толстого, высказанной в отношении страшных рассказов Леонида Андреева: “Он пугает, а мне не страшно”. А вот в “Классе коррекции” по настоящему страшно. Режиссер по триеровски засовывает руку тебе в грудную клетку, ласково нащупывает там опорные точки, а затем медленно, на протяжении всего фильма поворачивает твою душу градусов примерно на 360.

Тут еще интересно вот что – сравнение фильмов (с “Племенем”) накладывается на взаимоотношения России и Украины. Если продолжить метафору с медицинскими тестами, то эту болезнь (а взаимоотношения России и Украины – это явная патология) можно сравнивать у обоих пациентов. Не знаю как в остальном, но в плане отношения к инвалидам, социальной незащищенности, заброшенности, озверения, отсутствия моральных ориентиров, наплевательски ужасным уровнем образования – российское и украинские общества находятся на одном и при этом трагичном уровне. И как минимум, это роднит два наших народа.

Фильм скоро выходит в прокат. Поэтому, захоти сейчас Первый канал заняться его раскруткой, он бы сделал это на раз-два-три по тем же лекалам по которым раскручивали “Чучело” и сериал “Школа”, но намного эффектнее, потому что Твердовский намного ближе подошел к Триеру в смысле психологической манипуляции (в хорошем смысле этого слова).

Поэтому, выстраивая ток-шоу по принципу – “группа “за” и группа “против” , а теперь давайте перегрызем друг другу глотки”, в группу “против” наберется столько психопатов, что успех всем ток-шоу обеспечен. Причем в первую очередь в психопаты запишутся учителя, которые с пеной у рта, трясучкой в руках и бесовщиной в глазах будут ором кричать, что в фильме все вранье, и учителя вовсе не звери, как там показано. При этом всем своим бесноватым видом они будут иллюстрировать как раз то, что они таки звери.

Впрочем, может я и ошибаюсь, так как фильм при всей своей жестокости необыкновенно человечный. И даже учителя в просмотровом зале говорили после сеанса “Я сначала возмутилась, а теперь хочу сказать: спасибо вам за этот фильм”, а затем зрители взяли режиссера в фойе в такое плотное кольцо, что он опоздал на 20 минут на пресс-конференцию. Вот эта человечность и свет в конце тоннеля (спойлить не буду) и подкупают.

15

У Майкла Медсена я брал интервью в два захода. Сначала между сеансами (он член жюри) в кафе кинотеатра. Мне не интересно было говорить с ним о кино, я говорил больше о жизни (вспомнил навыки глубинных интервью, полученные в экспедиции, спасибо моим учителям И.В.Кирии и А.А.Новиковой). Видимо ему тоже надоело говорить о кино и понравилось говорить о жизни, потому что он неожиданно пригласил вместе пообедать и поговорить еще. Впрочем, в первом сете он был в каком-то другом состоянии и говорил интереснее. Во втором отвечал более сухо (как мне показалось). В общем, посмотрим на расшифровке, что получилось.

16

– Вы на прием идете? – спросила меня школьница-волонтер.
– Так в пригласительном же написано – дресс код блек тай, а у меня нет ни того, ни другого.
– А там не обязательно, можно просто, ребята так пошли!
Ребятами она называла сорокалетних иностранных режиссеров, которые с ней флиртовали.
– Хотя... – она критически осмотрела меня с ног до головы и поморщилась, – а ладно, там ведь все равно будет темно...

На приеме было темно. Режиссер из Колумбии, снимающий эстетское кино, презрительно клеймил окружающий нас гламур и я понимающе кивал головой. Режиссер из Чили, снимающий о социальных язвах, радовался окружающей роскоши, красавицам в коктейльных платьях и вкусной еде и я понимающе кивал головой.

На следующее утро я проходил в той же одежде по морскому порту. Продавщица пирожков осмотрела меня с симпатией с головы до ног и ласково спросила:

– А хочешь, я тебя свежим беляшом угощу?

Я судорожно стал смотреть по сторонам в поисках старых газет, чтобы лечь на лавочку, укрыться ими и по возможности уснуть.

17

Нереально трудно тусоваться с латиноамериканцами. Речь так или иначе касается политики. А у них там все в полосочку. От этого кружжится голова.

Спрашиваю у чилийца:
– Нет ли у вас ностальгии по Пиночету?
– Потому что жилось лучше?
– Да нет же, я просто смотрю по аналогии: в России масса ебанутых, которые ностальгируют по СССР. А поскольку коммунистический режим в Рашке роднит с фашыстским режимом в Чильке то, что они оба были тоталитарными....
– Стой, ебанько, – останавливает меня чилиец, – а это ничего, что у вас был левый, а у нас правый режим?
– Нет, ничего, оба же одинаково тоталитарные...
– Ну ты и ебанат.

Говорю колумбийцу:
– Я с уважением отношусь к вашему фашистс... эээ... к вашему правому капиталистическому режиму. Я и сам не сторонник всех этих Венесуэл, Куб и прочих левацких... А вот в Колумбии, да!
– Вообще-то я коммунист, придурок! – перебивает меня колумбиец, – это ничего, что я везу от вас показывать трудящимся Колумбии фильмы о Ленине?
Так, все ясно, у вас там в Латинской Америке левые и правые режимы миксуются в шахматном порядке. При этом прогрессивные представители своих стран обязательно должны выступать наоборот – в левых странах быть фашистами, а в правых – коммунистами.

Мексиканка говорит по-английски без акцента.
– У меня такое впечатление, что я говорю с американкой, – обращаюсь я к мексиканке.
– Да, я с детства жила в Аризоне и закончила там школу.
– А затем вернулась в Мексику?
– Вообще-то я из Боливии.
Блиииин, вот как теперь быть? Я же не помню какой режим у власти в Боливии – как с ней теперь говорить?
– Ну ты уехала из Америки, потому что не хочешь мириться с империализмом? – так осторожно нащупываю почву.
– А что плохого в империи? – грозно сверкает она кастильскими очами. – Я хотела жить в испанском мире, в испанской культуре, поэтому перебралась в Мексику.
О, боже, лучше бы ты, голубушка, была левой. Или правой...

18

Чтобы не идти по красной дорожке на закрытии фестиваля, я вместе с молодыми актерами российского фильма нырнул через черный ход — они тоже не хотели идти по дорожке, потому что забыли пригласительные в гостинице и боялись, что когда они поднимутся под щелканье фотоаппаратов, их спустят с лестницы брутальные охранники. Видимо это был их первый фестиваль, охранники так обычно не делают (они сразу убивают).

Сотрудник оперного театра провел нас извилистыми тропами, мы зашли раньше всех на фуршет и я встал рядом с группой то ли корейцев, то ли китайцев. А рядом с нами были блюда с фруктами. И вот девушка берет половинку киви, вставляет в нее пластиковую ложечку и так радостно протягивает молодому человеку. Она даже глаза на него подняла. Он-то высокий для этих народов — метр шестьдесят, а она на две головы ниже. Он посмотрел на киви и так сурово отрицательно мотнул головой. Нечего, мол, мне эти девчачьи забавы предлагать. Мы, суровые азиатские мужики любим серьезные продукты. И налег на ананасы.

Девушка смутилась и глаза долу опустила. Они ведь на мужчин обычно не смотрят, скромные потому что. А тут такой случай представился. Но он ее отверг. И вот ест она свою половинку киви ложечкой и чуть слезы не капают. Вторая девушка, у которой не было видов на парня, тоже взяла половинку киви и они вдвоем о чем-то защебетали.

А суровый азиатский мужчина мужественно ел ананасы. Я вижу такое дело и тоже на ананасы налег. Девушки съели по половинке киви — видят, мужчины едят ананасы, значит можно и тоже налегли на ананасы. Надо ли говорить, что ананасов на фуршете через десять минут уже не было.

Тут приходят народные артисты, которые медленно поднимались по красной дорожке, а ананасов нет. Они такие:

— Где ананасы?

Ну я, понятное дело, согнулся вдвое и спрятался за группу азиатов. А азиаты по-русски не понимают, только улыбаются. И только девушка берет половинку киви и протягивает с улыбкой народному артисту. А он улыбнулся в ответ и сияет и ест киви пластиковой ложечкой.

Не спрашивайте меня, кто это — корейцы, китайцы, или может даже японцы. Я не знаю кто они, но ананасы любят!

(перепост из фейсбука https://www.facebook.com/Pintrader)
Tuesday, September 9th, 2014
10:01 pm
– Слова президента были вырваны из контекста, – заявил пресс-секретарь.
– Но там десять страниц текста, – удивились журналисты.
– Весь, буквально весь текст был вырван из контекста. Я вам больше скажу, – пресс-секретарь понизил голос, – весь мир вырван из контекста.
– Откуда у вас такая информация?
– Оттуда! – пресс-секретарь показал наверх.
– От президента?
– Берите выше! Вы думаете, только наши десантники заблудились? Заблуждаются все! Весь наш мир оказался в этой части Вселенной, потому что Он случайно перешел границу.
И пресс-секретарь снова ткнул пальцем в небо.
Saturday, August 30th, 2014
10:56 am
Сегодня мужик в метро неодобрительно смотрел, как я пил кофе из "Шоколадницы". Не любит у нас народ, когда кофе пьют в метро. И так он неодобрительно смотрел, что я не выдержал, нагнулся к нему и сказал тихо:

– У вас футболка розовая.

А у него действительно под пиджаком была надета неприлично розовая футболка.

Он не понял что я имею в виду – "ну розовая, ну и что?" (я сам, если честно, не понял – это был крик души). Но зато он сменил отношение: перестал смотреть на меня с укором и осуждением, а стал смотреть с недоумением и опаской.

Все же важно бывает вовремя сменить тему разговора.
Wednesday, August 27th, 2014
10:16 am
Подводная лодка в степях Украины
(святочный рассказ)

Когда я был маленьким, я отдыхал в детском лагере в Славяногорске, пригороде Славянска в Донецкой области. Лет десять назад его переименовали в Святогорск, потому что там расположена Святоуспенская Лавра. Еще там расположен огромный белый памятник Артему, близкому другу Сталина, основателю Донецко-Криворожской республики в 1918 году в пику буржуазной Украинской народной республике.
Памятник этот, похожий на Годзиллу, перекрашенную в белый цвет, создал украинский кинорежиссер и скульптор Иван Кавалеридзе, которого помнят сейчас разве что исследователи советского кино.

Памятник и монастырь возвышаются на гористом берегу реки Северский Донец, а на пологом – лес и в нем всякие здравницы, житницы и кузницы. Там и находился наш лагерь, где я отбывал летний срок, пока родители шлялись неизвестно где.

Перед сном мы обычно пугали друг друга страшилками про черную руку. Страшилки уже изрядно нам надоели, никто не боялся, было скучно. Однажды в палату зашла вожатая и сказала:

– Дети, я хочу вам рассказать страшную историю. Но это не история про черную руку, это история про кладбище.
– Да, да, расскажите, – загалдели мы.
– Но учтите, что это не просто страшная, но еще и очень серьезная история. Она про героический подвиг наших воинов.

Мы затаили дыхание и приготовились слушать.

"На одном кладбище стоит очень интересный памятник. Сделан он из большого валуна, такие гигантские осколки обычно падают на морской берег со скал и их веками шлифуют соленые волны.
На памятнике не написаны ни имя, ни фамилия. Нет на нем и дат рождения и смерти. Это просто гигантский валун в кладбищенской ограде. Я часто проходила мимо этого странного камня – там всегда лежали свежие цветы.

Однажды, когда я снова пришла на кладбище, то заметила возле камня пожилую пару. Они принесли цветы. Старик молча стоял с поникшей головой, а старушка мыла ограду.

Я подошла к ним и спросила, кто похоронен в этой могиле.

– Никто не похоронен, – ответили они.
– А почему вы тогда приносите цветы? – удивилась я.
– Потому что это могила нашего сына.

Я растерялась, а женщина рассказала историю:

“Наш сын с детства хотел быть моряком. И когда его призвали в армию, в морской флот, да еще и на подводную лодку, радовался как ребенок. Сначала он писал нам восторженные письма, а затем прекратил писать. Мы пытались связаться с начальством, но нам объяснили, что наш сын выполняет важное задание Родины.

– Что же с ним стало? – спросила я.
– Мы не знаем, – заплакала мать матроса, – нам сказали, что это военная тайна. Сказали только, что подводная лодка выполняла секретное задание у берегов одной страны и ее засекли. Чтобы враги не рассекретили нашу лодку, ей не разрешили всплытие.

Она замолчала. Я тоже не решалась задать ей страшный вопрос”.

Она замолчала, мы тоже молчали, не решаясь задать ей страшный вопрос. Наконец мы спросили:

– А что же стало с лодкой? – спросили мы.
– Она утонула, потому что моряки не могли ослушаться приказа.
– А где это было, в Африке? – почему-то спросили мы.
– А этого я не могу вам сказать, это государственная тайна, – ответила вожатая, пожелала нам спокойной ночи и ушла.

Мы были поражены. Перед эпическим трагизмом этой истории меркли все наши детские рассказы про черную руку. Мы чуть ли не впервые прикоснулись к величию нашего государства и прикосновение это обжигало. Полночи мы не могли уснуть.

И вот прошли, как говорится, годы. На эту землю неожиданно пришла новая война, как будто мало было этой земле погибших в боях гражданской и Великой Отечественной, как будто отринула она эту жертву. На наших глазах, эта мирная земля с лесами, реками и монастырями снова наполнилась кровью и ненасытно требовала еще.

На этой земле снова стали гибнуть люди. Тут погибали неизвестные солдаты необъявленной войны, посланные чьей-то злой волей на смерть. Им тоже не разрешили всплытие и хоронили их в безымянных могилах. Но если бы эта история просто ложилась на эту войну – было бы слишком просто. А простота обманчива. Поэтому речь не об этом. Речь о нас с вами.

Последнее время я думаю, что эта история про нас. Это мы плывем на непонятной подводной лодке в непонятном море у берегов непонятной страны. Это мы пытаемся угадать сквозь толщу вод сигналы командования. Это мы пытаемся разобраться, это у нас заканчивается кислород. Это нам, несчастным и счастливым, старым и молодым, здоровым и больным – не разрешили всплытие. А где-то на неизвестном кладбище непонятно какой страны стоят наши гигантские памятники без имени и фамилии, даты рождения и смерти и каких-либо других опознавательных знаков.
Monday, August 18th, 2014
11:53 am
Есть ли тут кто-то, кто разбирается в Токио? Нужна консультация.
Sunday, August 3rd, 2014
11:22 pm
Письмо киевскому другу

Дорогой Изя!

Ходили гулять в Филевский парк – кругом кацапы.
Сегодня день десантника, но кацапов больше.
Когда-то тут была ставка главнокомандующего. Теперь в парке мыши.

Мышей в Филях еще больше, чем кацапов.
Они роют подземные норы, так шо весь парк в дырках.

На улице жарко, душно, горько и невыносимо жить в этой стране.
Но в парке продают мороженное.
Оно холодное, сладкое и примиряет с Россией.

Мы сидим на лавочке на центральной аллее и наблюдаем за мышами.
Мыши концентрируются возле лавочек в ожидании крошек.
Всем рулит толстенький самец с большими яйцами,
которые он волочет за собой по земле.
Если бы Зигмунд Фрейд изучал мышей, а не австрийских кацапов,
он бы повесился с тоски:
ведь с одной стороны, все наглядно и ему не надо ничего изобретать.

А с другой стороны, по аллейке шли люди и говорили исключительно о мышах.
– Если бы бабка не раскричалась, я бы не задавил мышь, –
говорит молодой кацап с велосипедом.
– Это всего лишь мертвая мышка, – успокаивает мальчика мама через несколько минут.
Это те кто идет от входа к пляжу.
Они только зашли в парк и их интересуют только мыши.
Кстати, ты не знаешь, как по-украински будет “мышь”?

Те кто идут обратно от пляжа к выходу, выясняют отношения.
– Как ты меня достала…
– Чтобы я с тобой еще пошла…
– Никакого удовольствия с тобой гулять…

Внезапно, небо заволокло, тучи сгустились, стало темно.
Люди засуетились и пошли к выходу.
Мыши запищали и поспешили попрятаться в норки.
Вот она Россия – тут темно и страшно и мокро
и даже мыши бегут с тонущего корабля.

На соседней лавочке собирается семейство десантников.
Папа в тельняшке, жена в тельняшке
и годовалый младенец с соской и тоже в тельняшке.
Такэ малэ, а вжэ десантник.

Кстати, ты не знаешь, как по-украински будет “десантник”?
Wednesday, July 23rd, 2014
2:30 pm
Градусник революции (быль)

Сцена первая. Полянка

– И вот я тебе говорю, значительная часть трупов несвежая! – рассказывал Сергей, кромсая колбасу на газетку “Донецк вечерний”, расстеленную на пеньке.
– Серый, ты же мне весь аппетит спортишь, – поморщился его собеседник, вертя бутылку “Red label”
– Ты давай, открывай бутылку, пока враг не набежал, – сказал Сергей и на всякий случай придвинул поближе автомат, валявшийся возле пенька.

Диспозицию они выбрали верно. Деревья закрывали небольшую полянку от поля и дороги за ним. Дорогу видели хорошо, тогда как сами были для потенциального противника невидимые.

– Не, ну ты мне объясни, как трупы с самолета, который только что упал, могут быть несвежими?
– А я шо, это атаман вчера в интервью какому-то хмырю сказал. Гоорит, шо в сбитом самолете уже были мертвые пассажиры. Мол, их туда мертвыми посадили, в целях провокации, значит, а затем самолет под откос пустили… Ну, то есть сбили или как там…
– Та шо ты гонишь, Серый?
– Та я тебе точно говорю, не веришь, почитай интервью с батей, на сайте “Русская сосна”, вот.
– Угу, прочитаешь тут, мы ж от деревни далеко, интернет не ловит нифига, – сказал он, разливая виски по стопкам.
– Стой, едет кто-то!
Они оба схватили с земли автоматы, подбежали поближе к деревьям и стали внимательно смотреть на дорогу.
По дороге ехал какой-то джип.

Сцена вторая. Ставка атамана

В полуподвальной комнате, с окнами забитыми мешками с песком, сидел интеллигентного вида человек средних лет в камуфляже и читал Гая Светония Транквилла “Жизнь двенадцати Цезарей”. Лицо его покрылось потом, было видно, что ему нездоровится и книга отвлекает его от болезни. Он так зачитался, что даже не заметил, как вошел казак с густой патриаршей бородой.

– Я звиняюсь, Георгий Ивановыч…
Атаман продолжал невозмутимо читать. Казак смущенно помялся и кашлянул:
– Тут это, товарыщ полковник!
Атаман поморщился и отложил книгу:
– Ну чего тебе?
– Тут звоныли оттуда, – казак многозначительно ткнул указательным пальцем в потолок, – орали.
– Чего им еще?
– Говорят, шо вы, товарыщ атаман, с ума посходили. Рассказывали про то шо, это самое, мол вы говорылы, шо трупы в самолете уже заранее были и его, это самое, приземлили уже с трупами.
– Ну да, так и было.
– Ну вот я им и говорю, Георгый Ивановыч лично видел, шо они это, неприятно пахли, как если уже даже не трупный гипостаз, а уже имбыбыцыя, как грытся cadaverina putrida.
– Что ты несешь, болван?
– Я говорю, таварыщ атаман, шо трупные пятна, гниение, вонь и запах, но никто ничего не знает и атамана неверно поняли, наверное, он такого не говорил.
– Офицер никогда не врет. В самолете были трупы, – тихо, но твердо сказал атаман.
– Они кричали, что будут ставить вопрос ребром и что давно уже сомневаются в вашей, это самое, вменяемости.
– Кретины, – процедил атаман.
– А шо это вы, товарыщ Георгый Ивановыч, книги на английском языке читаете, – казак подозрительно покосился на Светония, лежавшего обложкой кверху, – вражеский язык, между делом. Не вы ли говорили про натовские танки с американскими номерами?
– Что-то смелый ты стал, я погляжу, – пробормотал атаман, – это не английский, дурак, это латынь.
– Та знаю я, – добродушно сказал казак, – я ж пошутил. Sapienti sat, как грится, – он громко захохотал и вышел хлопнув дверью, из-за двери донеслось: – Я ж в запорожском меде учился.

Атаман взял Светония:
– Кругом одно быдло, с кем приходится делать революцию.
Он вытащил градусник:
– Ну вот, снова тридцать восемь. Где же тут был аспирин? Да фиг найдешь…

Сцена третья. Железнодорожная станция

– Да аккуратнее, аккуратнее грузите, – кричал все тот же казак, только на этот раз гладко выбритый, – вы же не картошку грузите…
– Не нравится, сам грузи, – бурчали какие-то оборванцы в сползших от жары масках.
– Ну вот говорил я им, пускай санитаров пришлют, а то сплошная самодеятельность, – сказал он тщедушному человеку в костюме.
– Что с атаманом? – спросил тот.
– Да как ты грузишь, дурак, аккуратнее.

Казак побежал к скорой, стоявшей неподалеку.

– Борис Михайлович, – обратился он к пожилому врачу, курившему возле машины, – вас зачем сюда позвали, будьте так добры, проконтролируйте процесс.
– Ай, – раздраженно сказал Борис Михайлович и демонстративно отвернулся.

Человек в костюме, воспользовавшись паузой, поманил пальцем журналиста с фотоаппаратом, стоявшего с коллегами в отдалении.
– Значит, слушай сюда, через час по всем этим вашим чтобы была информация – поезд с трупами в вагонах-рефрижераторах отправился в город. Дашь пару кадров – ну ты сам все видишь. Иди, делай репортаж.
– А можно я напишу, что…
– Можешь, у нас полная свобода прессы. Мы все делаем правильно, нам стыдиться нечего.
– И вот с такого ракурса сделаю фотографию, чтобы показать…
– Все что угодно, у нас цензуры нет. Полная открытость, вот наша информационная политика.
– Ага, понял, – сказал обрадованный журналист.
– И да, вот еще что, перед тем как отправлять материал, мне покажешь, а то знаю я вас, понапишешь черти что… И подснимите там сюжетцы, но тоже, с пониманием.

Казак терпеливо ждал в отдалении, пока журналист ускакал торопить операторов. Затем подошел.

– Так что там с атаманом, ты не сказал? – вкрадчиво переспросил человек в костюме.
– А, ну полный невменоз, трупы мерещатся. То ли обсессивно–компульсивный, то ли просто наркоман.
– Будем менять.
– Вообще, я бы не стал торопиться, война, напряжение, крышу сносит, может отойдет еще.
– Что вы себе позволяете, – неожиданно басовитым командным голосом спросил тщедушный человек.
– Виноват, товарыщ гэнэралысымус! Больше не повторится. – казак вытянулся по струнке и на лице его моментально стала рости густая патриаршья борода.

Финал. Железнодорожные пути на подъезде к городу. Ночь

Атаман вышел из джипа и поволок взрывчатку к железнодорожному полотну.

– Сливают они меня. – бормотал он. – В сбитом самолете видите ли не могли везти трупы. Ладно, ладно, посмотрим что они скажут, когда обнаружат, что везли во взорванном поезде. Я им докажу, что я прав…

Он замер, прислушался к гулу рельсов и побежал обратно к машине.

(навеяло – http://rusvesna.su/news/1405676334 )
Monday, July 21st, 2014
12:24 pm
Телерадиопередача

Хороший президент хорошей страны выступил с заявлением, где подчеркнул, что нужно делать все хорошее для выстраивания хороших отношений с хорошими партнерами. "Вместе с тем, – подчеркнул он, есть еще и плохие и с ними надо нещадно!"

Тем временем наш хороший корреспондент передает из плохой страны. Местные плохие продолжают делать очень плохо. Хорошие продолжают обороняться.

– Хороший, как слышите? Мы на связи.
– Да, слышу хорошо.
– Что там у вас происходит?
– Я веду свой репортаж из хорошей страны, где хорошие люди не хотят больше мириться с произволом плохих властей... Только что вы видите очень плохое место в очень хорошей стране. В этом месте видны следы плохой деятельности очень плохой армии. Как вы видите, все очень плохо, плохо, плохо. Но скоро придут хорошие и сделают хорошо.

– С нами был наш хороший корреспондент в плохой стране, а мы продолжаем. Только что стало известно, что президент очень плохой страны выступил с заявлением: "Все что делает плохая страна – плохо, мы не допустим..."

Мы попросили прокомментировать это заявление нашего хорошего эксперта, политического обозревателя Корнея Хорошева:

– Корней, вы в эфире. Что вы скажете про заявление президента очень плохой страны?
– Да, здравствуйте. Ну тут следует понимать одну вещь. Все это исходит от президента очень плохой страны. Давайте на минуточку представим, что он стал хорошим. Тогда эпитет "плохой" в его речи сразу поменяется на "хороший" и речь будет звучать так: "Все что делает хорошая страна – хорошо, и мы поможем". Чувствуете, как бы этот нехороший человек относился к нашей хорошей стране, если бы не был плохим? А так как он плохой, то и говорит плохо.
– Большое спасибо, Корней, а не кажется ли вам, что давно пора ввести наши хорошие войска в плохие страны. Ведь это так очевидно. Хорошие в плохие, чтобы стало хорошо и президенты этих стран говорили в наш адрес только хорошее.
– Понимаете, тут существует некоторая проблема. Дело в том, что… я бы сказал, эээ, есть некоторые сложности, однако мы можем с уверенностью утверждать, что конвергенция, экстраполяция, координация и трансцендентализм уверенно консолидируют семасиологическое, гидравлическое и эсхатологическое примерно в таком ключе на благо хорошего против плохого.
– Большое спасибо, Корней за содержательный рассказ.

Дорогие радиозрители не выключайте нас, потому что после хорошей рекламы хороших товаров мы вернемся в эфир и продолжим делиться хорошими новостями.
Friday, July 18th, 2014
11:10 pm
Атаман потянулся и посмотрел недобрым взглядом на мальчика:

– А ну иди во двор, поиграй.
– И куда ты его гонишь? – вступилась женщина в ночнушке, – там теперь твои бородатые уроды.
– На площадку детскую пусть идет, – отмахнулся атаман.
– Какая площадка, ты видел ту площадку? Две ржавые качели и поломанная горка. Эх, хоть бы карусель была…
– А что, будет вам карусель, – оживился атаман, – а пока иди, погуляй малец, иди, иди, – он вытолкал мальчика в коридор и закрыл дверь…

На следующий день во дворе атамана окружили местные ребятишки:

– Это дядя Игорь, он к моей мамке ходит… – сказал вчерашний мальчик, – он нам во двор обещал карусель поставить…
– Карусель, карусель, – радостно загалдели дети.

Атаман поспешил зайти в подъезд.

На следующее утро старухи перешептывались у подъезда:

– Ишь, ирод! Обещал детишкам карусель, а сам-то сам.

Весь день атаману не давали покоя карусели. Вечером в интернете появилась запись интервью с жительницей Горловки:

– Мы против киевской хунты, и мы за этих. Но сейчас я не знаю, что, потому что стало никак. Они думают, что можно вот так вот, а потом ничего? Нам обещали детские площадки, а где они? А с нами так нельзя, мы ведь тоже люди и дети малые хотят тоже кататься. Или мы уже не народ и не шахтеры? Как под землю лезть и это самое, так мы пылью дышать, а как карусели, так они только словами!

Ночью атаману не давали покоя крики военнопленных, они требовали пощады, пели гимн Украины, подбирались к атаману и кололи его гигантским трезубцем:

– Качели, горки, карусели. Качели, горки, карусели. Качели, горки, карусели, – хором шипели пленные и кололи, кололи, кололи…

Атаман проснулся, вытер пот и понял, что выхода нет…

– Что за хуйня? – спросил усталый украинский генерал.
– Он так и сказал, – развел руками вежливый порученец.
– Что он хочет взамен?
– Атаман согласен вернуть нам наших пленных, а взамен требует карусели.
– Он что, совсем ебанулся? – генерал все больше и больше раздражался.
Порученец развел руками.
– Вот тебе и даешь стране угля, – пробормотал устало генерал, – где мне теперь доставать эти самые карусели? – он откинулся в кресле и зажмурился.

Перед глазами его запрыгали красные коники.



(Вот этим навеяло – http://lenta.ru/news/2014/07/17/obmen)
Thursday, June 5th, 2014
2:42 pm
Ну почему, как человек говорит "хунта", "укропы", так обязательно полный идиот? Ну что за странная закономерность не знающая исключений?
Tuesday, May 13th, 2014
2:30 pm
Сказка о еврейских березках
(Из серии ‪#‎репортаж_о_репортаже‬)

Пару месяцев назад я ходил в Еврейский музей брать интервью у одного из самых главных евреев по версии одной из самых главных еврейских организаций России. У евреев как в боксе – несколько профессиональных лиг, одной командует Берл Лазар, а второй Адольф Шаевич. Когда-то они боролись между собой, кто главнее, но с тех пор как Путин стал всюду брать с собой в поездки Берл Лазара, акции Адольфа Шаевича резко пошли вниз.

Многие еще помнят историю, которая произошла 12 июля 2013 года, когда главный раввин России Берл Лазар был вместе с Путиным в Белгороде на церемонии, посвященной 70-летию Курской битвы. И из-за задержки мероприятия самолет слишком поздно прилетел в Москву. Дело было в пятницу. Надвигался вечер, а вместе с ним суббота. В субботу еврей не может ездить на машине, а тем более главный раввин России. Поэтому когда министры, которые прилетели тем же рейсом, предложили Берл Лазару подбросить его до города он отказался и всю ночь шел пешком из Внуково в Москву 30 километров. Было темно и страшно. Кругом ездили машины и выли волки. Но, ни одна машина не задавила главного раввина России и ни один волк его не съел. К утру он пришел домой.

Вот в эту главную еврейскую организацию я и пошел на спецзадание.

Березка как символ осины

Музей мне показывали два раза, сначала пиарщица одного из главных евреев, а затем еще и экскурсовод.

– Вот это квартира евреев 1970-х годов, – сказала пиарщица, показывая на инсталляцию типичной квартиры 1970-х годов.

Квартира была настолько типична, что было совершенно непонятно, представители какой национальности в ней живут.

– А почему евреев, – удивился я, – тут же совершенно не понятно, чья это квартира?

Пиарщица подумала и сообразила:

– А эта квартира символизирует ассимиляцию евреев. Ведь в Советском Союзе евреи так асимилировали, что их жилье ничем не отличалось от жилья представителей остальных национальностей.

Сразу за квартирой в музейном пространстве была инсталляция березовой рощи.

– А белые березки символизируют родные осины? – съязвил я, и как оказалось (забегая вперед) почти угадал.

Пиарщица снова подумала и сообразила:

– Березки символизируют ностальгию по России евреев, уехавших в Израиль.

Довольно самонадеянная интерпретация, – подумал я, но возражать не стал. В конце концов, у нас же кругом свобода интерпретаций. Российская политика символизирует фашизм, украинская политика символизирует фашизм, американская политика символизирует фашизм и в Европе сплошные еврофашисты. И даже немецкий нацизм и тот при желании может символизировать итальянский фашизм и обратно. При такой свободе символизации чего бы то ни было, почему бы березкам не символизировать ностальгию израильских репатриантов по России?

Документальный фильм о сотворении мира

Тут надо сказать, что поскольку экспозиция выстроена как история еврейского народа, то начинается она фильмом о зарождении мира и сорокалетнем путешествии евреев по путыне Негев, которую я проехал на автобусе за три часа. То есть, как сказал экскурсовод: «Поскольку экспонатов с тех пор не сохранилось, то этот период мы покрыли фильмом».

Фильм, надо сказать, гипердокументальный, потому, что показывает все сразу в пяти измерениях. Это такая новая технология, при которой тебе не просто показывают в очках стереоскопическое кино, но еще выливают ушат воды, бъют молотком по голове до потемнения в глазах, а во время сцен захвата террористов пускают газы, от которых зрители впадают в транс и видят цветные мультимедийные сны до полного нервного истощения.

В общем, я смотрел такой фильм впервые, но хорошо помнил историю первых просмотров «Прибытие поезда на вокзал Ла-Сьот» братьев Люмьер, поэтому зараннее подготовился и совершенно не волновался. История такова – когда зрители в конце XIX века впервые смотрели, как с большой белой простыни в темном-темном зале на них движется огромный паровоз, они в истерике вскакивали с мест и старались убежать подальше от экрана, чтобы этот паровоз их случайно не задавил.

Так вот я приготовился не волноваться и когда Б-г стал сотворять Землю и на меня полил дождь, я не испугался. «Надо было при входе не только очки, но и зонтики раздавать», – подумал я. В общем, первое испытание поездом я выдержал на ура. Еще там были какие-то землетрясения со стулями, которые дребезжали под тобой. Но это было не страшно, а даже приятно. Вибромассаж на халяву.

А затем, когда евреи заблудились в пустыне, с неба посыпалась манна небесная. Манна небесная – это саранча, которую в принципе можно есть, а в некоторых странах она считается даже деликатесом. Саранча, по сути, мелкие такие комары. Ну, то есть, вот ты сидишь в зрительном зале, а на тебя с неба летит ведро комаров.

«Как же хорошо, что я знаю историю про прибытие поезда, – думал я, когда комары подлетали ко мне. И не боюсь. Я мужественно приготовился ко встрече с комарами. Поезд не настоящий, поезд не настоящий, думал я. Бояться нечего. И тут комар укусил меня за ногу.

– ААААААААААААА, – заорал я.

Слава богу, что я был единственным пациентом в зрительном зале, и свидетелей моего позора не было. То есть, пока я бросил все силы, чтобы не бояться стада летящей саранчи, они подпустили из-под сидений воздушные потоки под большим давлением, которые проникнув под штанину создали эффект комариного укуса. В этот момент со мной началась настоящая истерика. Я стал нервно хохотать и прохохотал так всю историю Израиля.

Березка как символ сосны
(противоположная версия)

После фильма у меня была еще одна экскурсия, уже с профессиональным экскурсоводом. Когда мы дошли до квартиры евреев 1970-х годов я естественно задал тот же вопрос:

– А почему квартира евреев ничем не отличается от квартиры неевреев?
– Дело в том, - сказал экскурсовод, – что из-за антисемитизма евреи старались мимикрировать под титульную нацию и кроме фотографий на стенах, на которых изображены предки с типично семитскими чертами лица, больше ничего в интерьере не говорит о национальной принадлежности хозяев.
– А березы, березы почему, почему сразу за квартирой у вас березовая роща? Неужели евреи так любят русские березы?
– А с этим связана вот какая история. Когда евреи в 70-х годах собирались ехать в Израиль, они собирались и обсуждали это дело. А поскольку в городе было небезопасно, они выезжали за город в близлежащий лес и там, среди деревьев тусили и строили планы.

Таким образом у меня на руках было две противоположные версии. Я понял, что интерпретировать можно сколько угодно, как сказал один философ: «Если со стола падает бутерброд, он обязательно падает фашизмом вниз», а мне ведь хотелось докопаться до истины. Поэтому я не поленился, нашел людей, которые создавали интерьер музея. Один из них живет в Нью-Йорке. С ним я и связался.

– Так что же тут символизирует что? – спросил я его.
– Все относительно! – ответил он.

Но я взмолился:

– Истину, истину хочу!
– Березки я бы поменял на сосны, – нехотя добавил он, – казанское направление, сосновый лес… Еврей ведь он как? Он сосну любит… – и с грустью добавил, – Но сосны в музей не влезли.
12:09 pm
Большой еще большее
(Из серии #репортаж_о_репортаже)

В Большом днем охранники мурыжат перед входом, как будто первое лицо государства собирается сходить в балет. Охранники подражают фэсэошникам — в костюмах, вежливые и с проводом в ухе. А всего-то прессуха о планах на сезон. Театр стратегического назначения, хуле.

Поиски туалета заняли полчаса, наконец нашел его на минус первом этаже. Представьте себе концертный зал районного клуба. Так вот туалет в подвале Большого роскошней. Большой репетиционный зал с зеркалами и раковинами заменяющими балетный станок. А где-то вдалеке две двери: «Жэ» и «Мо». И за каждой еще по одному дому культуры.

Организаторы поубирали по два стула в первых двух рядах, чтобы дать телекамерам перспективу. Все послушно сдвинулись. Пришел опоздавший фотограф. Мест в первом ряду нет. Поставил стул. Организаторы на дыбы.

— Я тут буду сидеть, вы не имеете право запрещать!
— Но вы же можете на полу сидеть.
— Мне шестьдесят лет, я что, на полу должен сидеть?

После начала прессухи фотограф сполз на пол и начал фотографировать снизу. Затем на четвереньках переполз на другую сторону. Потом обратно. Так всю прессуху по полу и ползал. Про с боем взятый стул не вспомнил. Стул сначала пустовал, потом его заняла какая-то старушка из опоздавших.

В президиуме сидел осетинский дирижер Туган Сохиев (похоже в Осетии фабрика по выращиванию дирижеров), директор театра Урин и Электроник — восставший их ада андроид в темных очках, главный балетмейстер Филин.

По полу перед президиумом ползали фотографы, играя своими длинными объективами в пасочки или как говорят москали, куличики. За рядами сплошняком стояли телеоператоры. Объявление планов будущего сезона в Большом — событие похоже не менее значимое, чем красная дорожка Каннского кинофестиваля.

Руководители театра зачитали пресс-релиз, сделали это с выражением, чтобы поняли даже те дебилы-журналисты, которые сами пресс-релиз прочитать не в состоянии. На улице стояла весна, внутри было жарко. Журналисты вяло спрашивали, руководство вяло отмахивалось липким полотенцем.

После окончания директор пригласил всех на фуршет. Давали чай и пирожки с капустой.
12:07 pm
Судя по тому, что очень многие сейчас, мягко говоря, удивлены тому что происходит в медиапространстве, они впервые столкнулись с тем фактом, что текст (в широком смысле) не отображает реальность. Это что касается тех, кто вообще об этом не думал.

Что же касается тех, кто все же слышал про лингвистический поворот, то даже они офигевают от того насколько текст нагло себя ведет. Думаю, ни Витгенштейну, ни Гадамеру, ни Дерриде не удалось бы сейчас отсидеться в тиши университетских кафедр. Они бы со своей верификацией, герменевтикой и деконструктивизмом потонули под натиском информационного шума.

А если серьезно, то из медиапространства вообще исчезла реальность, даже та условная, которая раньше угадывалась под всем этим симулякром. У нас сейчас симулякр следующего уровня.

То есть, мы привыкли, что есть некий симулякр, не имеющий означаемого. Нам Бодрияр растолковал. И мы к нему привыкли. Обжились. Освоились. А тут хуяк по башке – и нам пытаются навязать симулякр, для которой означаемым является симулякр к которому мы привыкли, не имеющий означаемого.

Симулякр симулякра. Отражение отражения. Дурная бесконечность.
Friday, April 25th, 2014
12:02 pm
Как я ходил в музей
(из серии "#Репортаж_о_репортаже")

– Ты вместо "аннотация" говори слово "этикетаж", – напутствовал меня в редакции Гоша перед походом в музей, - если ты скажешь "аннотация" они решат, то ты лох и будут вести себя соответственно. И главное, жестко их критикуй. Скажи им: "а что это у вас этикетаж так плохо разработан?" Они начнут злиться и максимально раскроются.

– Вообще-то я человек мягкий, – бормотал я.

– И в этом твоя главная ошибка! Мягким можно быть только с культурными людьми, а ты же идешь в музей! - Гоша сделал строгое лицо и веско добавил, – а в музеях культурных людей не бывает!

* * *

- У нас в музее представлен и дизайн и декоративно-прикладное искусство, – рассказывал мне куратор выставки, - декоративно-прикладные произведения отличаются от дизайнерских тем, что они уникальны, а дизайн – это массовое производство. О воспроизводстве искусства много писал Вальтер Беньямин.

– Да и вообще вся Франкфуртская школа, – добавил я, чтобы подмазаться.

Куратор явно обрадовался и тут я решил, что пора переходить в наступление:

– Расскажите, а почему вы решили сделать эту выставку?

- Хотите честно?

Я забеспокоился – как-то рановато он раскрывается. Ведь полной откровенности я ожидал только после фразы про этикетаж.

– Ну давайте честно, – сказал я, не ожидая ничего хорошего.

– Эта выставка – заказ Министерства культуры. Мы должны были ее сделать.

Я слегка растерялся, потому что представил, как я напишу это в репортаже и репортаж пойдет по инстанциям выше – к редактору, затем еще одному редактору, а затем попадет на стол издателю. И мне стало нехорошо, потому что чем выше начальство, тем меньше оно любит когда честно.

– Я ценю вашу откровенность, – сказал я, – а теперь расскажите мне пиарную легенду.

Куратор набрал побольше воздуха и начал:

– Наша выставка имеет огромное социально-культурное значение, прежде всего тем...

* * *

Пока мы поднимались из холла в выставочный зал я репетировал ключевую фразу. Вот сейчас мы зайдем. Куратор начнет показывать экспонаты. И тут я такой: "А почему у вас этикетаж так плохо разработан?"

– Я специально уходил от этикетажа, – начал экскурсию куратор чем выбил у меня из под ног почву окончательно.

– Вы знаете, чем отличается музейный профессионал от любителя? – спросил он, пока я приходил в себя.

– Знаю, знаю, – вспомнил я, чему меня учил Гоша, – профессионал произносит слово "этикетаж".

Куратор рассмеялся. После чего разговаривал со мной исключительно как с профессионалом.
Tuesday, April 22nd, 2014
2:11 pm
Дико смешная (и безусловно правильная) запись белоруса вконтакте:

Провели три дня во Львове. Впечатления однозначные: хотите съездить в город повальных националистов, где практически все считают себя лучше других, презирают приезжих (даже из восточных и прочих регионов своей же страны), помешаны на своем языке и не терпят иных языков? Хотите увидеть море воинственно настроенных людей, призывающих искоренить иные нации, отвергающих их культуру и государственность (нацизм) и ратующих за сплочение в единую централизованную национальную империю (фашизм)?
Едьте в Москву. Львов - это полная противоположность.

https://vk.com/archileon?w=wall4408095_2967
Thursday, April 17th, 2014
2:28 pm
Люди, обращаюсь к вам за помощью! Собираю материалы по экстрасенсам и прочим паранормальным способам проведения досуга. Меня интересует все:

– Реальные случаи общения
– Шарлатанство
– Смешные случаи

Да вообще, все что угодно по этой теме. Поделитесь опытом, пожалуйста.
Monday, April 14th, 2014
10:09 pm
В лексиконе ленты.ru теперь любимое слово "якобы". Все утверждения по известной теме, противоречащие русской пропаганде сопровождаются этим словом.

Например вот: "Представитель Великобритании Марк Лайалл Грант вновь заявил о спутниковых снимках, которые якобы свидетельствуют о наличии около 40 тысяч военных России на границе с Украиной".

Русская пропагандистская картина мира выглядит сейчас так: "Есть Россия и с нами Бог. А вокруг якобы все остальное".
Wednesday, March 12th, 2014
2:31 am
МЫ НИЖЕПОДПИСАВШИЕСЯ... (ПОЭМА В СТИХАХ)
"В дни, когда решается судьба Крыма [...] мы твердо заявляем о поддержке позиции Президента РФ по Украине и Крыму".

Бак, Баталов и Бабенко и Антонова с Башметом
Бортко, Бутман, Говорухин, Бондарчук и Бондарчук
И Боярский, и Могучий, и Пореченков с Безруким
Вислый, Гергиев, Грачевский, Ковальчук и Чурсина

Константинов, Кролл, Запашный, Булдаков, Брызгалов, Буров
Фокин, Лещенко, Газманов и примкнувший к ним Лунгин
Гусев, Зенгин, Забаровский, Князев, Лановой, Соломин
И Гагарина Елена скоро в космос полетит

Бубурляев, А.Учитель, Спиваков, Бобков, Бусыгин
Церетели скульптор-скульптор, Липс-профессор и Лунгин
Почему Лунгин два раза? А не знаю, так случилось,
Может быть он по ошибке оба раза подписал Read more...Collapse )
Monday, March 3rd, 2014
1:27 pm
В древнегреческой мифологии есть легенда о фригийском тиране Мидасе. Боги наградили его даром - все к чему он прикасался, превращалось в золото. В итоге, Мидас не мог ни есть, ни пить. Потому что хавчик тоже превращался в золото.

У русского тирана Путина тоже был дар - все к чему он прикасался, превращалось в русскоязычное. Иностранцы давно просекли эту фишку, поэтому как завидят Путина, так сразу бегут от него наутек. Ведь как только Путин прикосался к иностранцу, тот сразу становился русскоязычным и ему давали русский паспорт.

Франкский лицедей Депардье имел неосторожность дать к себе прикоснуться. По-русски он правда не заговорил, но злые языки утверждали, что по-французски он говорил не лучше, особенно когда напивался. Депардье сделали почетным удмуртом и другом Кадырова. Иностранцы быть почетными удмуртами не хотели, а дружить с Кадыровым еще меньше, оттого и бежали от Путина. Вскоре Путин оказался в полной русскоязычной изоляции.

Хуже с предметами. Когда Путин дотрагивался до ночного горшка, столовых приборов, пульта от телевизора, они тоже становились русскоязычными. Но для этого у Путина был ФСО. Несколько ударов по почкам и столовые приборы навсегда замолкали. Хуже с едой и Алиной Кабаевой. Еда постоянно тараторила, от чего Путину казалось, что он ест детей. Кабаева тоже тараторила постоянно, от чего Путину начинало казаться, что она - еда.

Подсовывали Путину глухонемых. Не помогло - стали русскоязычными. По-прежнему ничего не слышат, корчат рожи, плюются при разговоре, но по-русски говорят много, в основном кричат. Чтобы добру не пропадать - из них решили сформировать Государственную Думу, Правительство, губернаторства, суды, ОМОН, ГБДД, партию "Единая Россия" и посольства.

Попросил Путин богов, чтобы освободили его от этого дара. Велели Боги Путину пойти в паломничество в Киевскую лавру, к мощам печерских святых. Украинцы подготовилсь. По всей дороге мертвых с косами поставили. Теперь ждут, то ли Путин при их виде дар речи потеряет, то ли мертвяки заговорят и косы тоже.
Wednesday, January 8th, 2014
2:14 pm
Мои шестидесятники

Сколько раз я ни пытался читать Мераба Мамардашвили, каждый раз засыпал. Сначала засыпал на второй странице, затем на первой, затем на третье абзаце. А однажды я смотрел передачу про композитора Владимира Мартынова. Первые десять минут держался стойко, но потом Мартынов произнес:

- А вот у Мамардашвили…

Окончания фразы я так и не услышал, потому что уснул где-то на третьем слоге: “Ма-мар-да…” и “швили” уже слышал сквозь сон.

Друзья знали эту мою особенность и когда я от выпитого начинал буянить, говорили:

- Мамардашвили!

И я тут же засыпал где-нибудь в углу. Однако со временем снотворный эффект Мамардашвили как-то стерся. Однажды когда я особенно разошелся во время пьянки, мой приятель, вооружившись томиком “Картезианских размышлений”, быстро-быстро читал, пытаясь изгнать из меня беса. Но бес выходил медленно. Видимо наступило привыкание. Постепенно он совсем перестал выходить. Понадобились более сильные препараты.

Пробовал других шестидесятников, но ведь на них не написано, от чего они и какая должна быть дозировка, поэтому возникли сложности. Пробовал слушать Окуджаву - ничего так. Ввводит в состояние дремы, но не до конца. От Визбора сон наступает мгновенно, но какой-то кошмарный. В нем снится Галич, сующий пальцы в розетку. Пробовал читать Аксенова и Гладилина. От первого сводит скулы, от второго резко повышается давление. В общем, не шестидесятники, а сплошное противопоказание.

Но вот прошлой ночью в поезде “Москва - Киев” я решил почитать книжку Сергея Аверинцева про аналитическую психологию Юнга. Уснул я на седьмой странице, там где в мифологеме “овладеть женщиной” по Фрейду мы должны сделать вывод, что всякое “овладеть” всегда подразумевает женщину, а по Адлеру, наоборот, под “женщиной” всегда кроется желание овладеть.

Надо ли говорить, что снились мне исключительно женщины, Адлер и Сочи, где я этими женщинами овладевал. На самом интересном месте меня разбудили российские пограничники и потребовали документы. Сначала я решил, что это продолжение сна, а документы проверяют сочинские полицейские за то, что я овладеваю женой владельца кафе “Кипарис” Хачатура Айвазяна прямо на набережной. Поэтому я сделал резкое движение, на что пограничник строго сказал, что я нарушаю границу. Тут я окончательно проснулся и удивленно спросил:

- А где же тут граница, мы же в поезде?

Пограничник ответил:

- То что справа от меня - Россия, а то что слева - уже Украина. Поэтому не переползайте на левую сторону, пока я не проверил документы.

Когда он ушел, я долго не мог уснуть от мыслей о России. Думал о том, что ее судьба зависит вот от таких вот прекрасных пограничников. Ведь если они будут передвигаться влево все время боком, то постепенно уткнутся в Шенген, расширив таким образом границу России до Союзного государства.

От мыслей о России я плавно перешел к мыслям о сексе и решил почитать Аверинцева: “Дорогой мой Юнг, - цитировал Аверинцев Фрейда, - обещайте мне никогда не отказываться от сексуальной теории. Из нее нужно сделать догму, несокрушимое заграждение”. “Но против чего? - удивился Юнг”. Фрейд на секунду задумался, а затем ответил: “Против черного потока грязи”.

На этих словах я снова уснул и проспал час. Снились мне как российские пограничники с лицами телеведущих Леонтьева, Шевченко и Киселева заливают Украину потоками черной грязи, а все что Украина может им противопоставить - это свою чистую духовно возвышенную сексуальность - теоретическую и практическую.

Тут меня разбудил украинский пограничник и потребовал документы.

- Только, пожалуйста, - пробормотал я сквозь сон, - будьте бдительны, - на вас надвигаются российские пограничники, они идут боком и постепенно захватывают Украину.

Пограничник ничего не ответил, но зато из-за его спины вынырнул таможенник и ласково спросил:

- Какие запрещенные вещества везем? Опиаты, барбитураты?
- Вот, Аверинцев, - я показал планшет с текстом, - я, правда, не знаю, барбитурат это или нет, но снотворное оооочень сильное.

Таможенник взял у меня планшет и начал читать: “Аристотелианско-платоническая терминология довольно адекватно передает суть дела: архетипы Юнга - это как бы платоновы идеи, из божественного сознания, - тут таможенник сильно зевнул, - перемещенные в бессознательное человека - и при этом, разумеется, утратившие свой ценностный ореол”, - таможенник уснул и стал оседать.

- Ты чего? - спросил его пограничник.
- А, шо, где я? - спросил очнувшийся таможенник.
- Пошли отсюда, ну его нафиг, - сказал пограничник и они стали пятиться к тамбуру.
- Вам не туда, - закричал я, - там из России идут черные потоки грязи… - но они только ускорились.

Когда они ушли я хотел было почитать еще Аверинцева, но потом передумал: лучше перебдеть, чем переспать, - подумал я. И весь остаток ночи бдел.
Friday, December 20th, 2013
1:45 pm
Кровавая вольница

В истории с помилованием Ходорковского какую-то инфернальную роль играют сотрудники спецслужб, которые, как пишут в СМИ, беспардонно вломились к нему в камеру и заставили написать просьбу о помиловании.

- Не напишу, - гордо сказал Ходорковский.
- Ах ты ж, падла, третий срок захотел? Не будет тебе третьего срока, подписывай.
- Нет, не буду! - взвизгнул Ходорковский.
- Тварь, тварь, - орудуя руками и кованным сапогом, - мягко сказал спецслужбист, - ты у меня выйдешь на свободу.
- Русские не сдаются, - прохрипел Ходорковский, - сплевывая кровью.
- Мать твоя, Берта Соломоновна, плачет, сына ждет, а ты - русские не сдаются?
- Это не моя мама, мою маму так не зовуууууут.
- Так ты еще и от мамы отрекаешься, сука? - от удивления гебист выронил утюг, который как раз приготовился воткнуть в розетку.
- Ааааааай, - сорванным голосом прошипел Ходорковский, стряхивая утюг с височной доли, - я подпишу, я все подпишу.

Глотая слезы, Ходорковский подписал прошение о помиловании. Гебист выхватил бумагу из ослабевших пальцев бывшего олигарха. Вышел в коридор и передал бумагу Путину, который поджидал в коридоре. Путин торопливо прочитал прошение о помиловании, проверил подпись Ходорковского, ухмыльнулся:

- Он выйдет на свободу! Я сказал!
12:02 pm
Помощь зала (звонок другу)
В праздники людям свойственно петь. У меня вопрос, что поют на пьяных застольях? Вы, ваши родственники, знакомые, не знакомые и откровенно чужие люди? Что они поют в караоке? Мне нужно составить рейтинг ТОП-5 самых поимых (поющихся) песен хором (и ртом).
Thursday, November 28th, 2013
11:46 am
Есть граммар-наци, есть антифа-наци... Ну как-то так, да.
11:45 am
За что пигмеи ненавидят Лимонова? Ну, то есть понятно, что на поверхности ненависть зажравшихся туповатых буржуа к несгибаемому революционеру. Но если это сформулировать более красиво, то Лимонов — классический романтик в эпоху постмодернистского морального релятивизма.

То есть, вот оно время, когда символически все дозволено. Когда ненависть интеллектуалов вызывают попы и морализаторы. Казалось бы, романтик Лимонов с его нигилизмом должен вызывать симпатию среди «своевременных» людей. Они должны найти в нем родственную душу. Они против консервативной морали и он против консервативной морали.

Однако Лимонов вызывает еще большую ненависть, чем попы. Потому что попы — традиционалисты. Они укладываются в дихотомию «мы, прогрессивные люди — они, консервативная нелюдь». А Лимонов не укладывается в схему. Он странный и несвоевременный. Он даже не враг. Он отрицает общепринятую мораль да, но в этом отрицании он так же ненавидит и гибкую мораль «своевременных» людей. И в этом отрицании у него четкий моральный стержень. А это выбешивает «своевременных».

Он мало того, что враг не классический, мало того, что ненавидит, так еще его нечем измазать. Им ведь нужен компромат, а его нет. И вот этот романтик откуда-то оттуда из глубокого XIX века, из Печорина, из Базарова делает «своевременных» людей на раз.
11:43 am
Я "Трудно быть Богом" еще не смотрел. Но уже тренируюсь в написании рецензии.

Были у меня в одно время два пароля от разных сайтов. На все случаи жизни. Один пароль был простой, для тех сайтов, где мне не жалко ничего, а второй был сложный для суперсекретных сайтов.

С простым паролем все было просто, а вот сложный я все никак не мог запомнить и каждый раз подсматривал в специальный файлик. А потом запомнил. На свою беду. С этого момента я стал везде набирать длинный и сложный пароль. Даже там, где был нужен простой. Потому что к тому времени я уже забыл, от каких сайтов у меня простой пароль, а от каких сложный.

В общем, я набирал этот сложный пароль, который с большим трудом запомнил и страшно гордился собой. И все не мог понять - почему же подзамки не открываются, ведь я же набрал такую сложную комбинацию букв и знаков препинания. Где моя конфетка?

А вместо конфетки был шиш. Потому что какой бы ты сложный пароль не набирал, сайт - идиот, он твои потуги не оценит, он откроется только на тот пароль, который нужен. Это несправедливо, это обидно, но это так.

Так вот у меня такое ощущение, что покойный Юрий Герман выдал нам очень сложный и даже возможно гениальный пароль. Вот только зритель на него не открывается.
Wednesday, November 27th, 2013
9:30 am
Поскольку сейчас активисты Майдана собирают подписи под петицией к Бараку Обаме с требованием запретить Януковичу въезд в США, хочу поддержать инициативу и запретить Януковичу въезд в США.

Дело в том, что на данный момент сложилась ненормальная ситуация с визами. Граждане США могут въезжать в Украину без визы, а граждане Украины по-прежнему должны получать американские визы.

Я считаю, что такое положение унизительно для Украины. США обязаны его исправить, введя для украинцев безвизовый въезд. Поскольку США этого не делает, тем самым они игнорирует жест доброй воли со стороны Украины.

Я призываю президента Украины господина Януковича немедленно ввести визы для граждан США, а в случае если он проигнорирует эти справедливые требования, граждане Украины должны подписать петицию президенту Обаме с требованием объявить антинародного президента Януковича персоной нон грата в Америке. Так победим!
[ << Previous 50 ]
About LiveJournal.com